Онлайн платежи
Приложение
Домашний интернет за бонусы
Роуминг (супер роуминг)
Конструктор
Безлимитный интернет
Previous Next Play Pause

«Эхо Кавказа» уже дважды обращалось к нашумевшему выступлению вице-президента Абхазии Аслана Барцица в ходе беседы за «круглым столом» в Национальной библиотеке Абхазии, организованной «Союзом русских и казачьих организаций Республики Абхазия» при поддержке посольства России в Абхазии. Сперва – когда процитировало эту его реплику, прозвучавшую в самом конце беседы, в ответ на одно из последних выступлений на ней – депутата Госдумы РФ Александра Старовойтова в связи с темой продажи в Абхазии недвижимости иностранным гражданам. А потом – когда в абхазском сегменте социальной сети Facebook развернулась бурная дискуссия на эту «долгоиграющую» тему.

В ходе дискуссии преобладало неприятие идеи разрешения такой продажи, и, в частности, прозвучали весьма резкие высказывания в адрес вице-президента республики, в целом и общем поддержавшего предложение Старовойтова. Вплоть до обращения к депутатам парламента с требованием проверить высказывания Аслана Барцица на соответствие Конституции Абхазии.

Понятно было, что вице-президенту в этой ситуации контрпродуктивно отмалчиваться – игнорирование этих выпадов против него можно было бы уподобить безответному голу и в его персональные ворота, и в ворота исполнительной власти в целом.

И в субботу 28 декабря было распространено интервью Аслана Барцица пресс-службе республиканской политической партии «Форум народного единства Абхазии» – партии, которую, кстати, он сам в недалеком прошлом возглавлял. Интервью построено достаточно продуманно в том плане, что не посвящено, конечно, только ответу «интернет-хулителям», в нем вице-президент отвечает на достаточно широкий круг вопросов. В частности, речь заходит о том, чем он занят по долгу службы, к которой приступил всего около трех месяцев назад:

«Чуть ли не каждый день я занимаюсь приемом наших граждан по самым злободневным проблемам: жилищным, социальным, имущественным, коммунальным, вопросами оказания помощи больным, в их обследовании, лечении, приобретении лекарств, которые порой им не по карману. За сравнительно небольшой срок нахождения на своем посту принял 173 посетителя по различным вопросам, не говоря уже работников госслужб, с которыми необходимо консультироваться чуть ли не каждый день по кругу возложенных на меня поручений. Трудно представить себе, сколько нужд испытывают наши граждане, включая и защиту их гражданских прав в конфликтных ситуациях. Все это требует ответственного подхода, терпеливого и уважительного отношения к каждому посетителю. Этими проблемами занимаются постоянно президент и его администрация. Однако в силу занятости Рауля Джумковича очень сложными вопросами безопасности и другими глобальными проблемами я стараюсь хоть немного облегчить его положение в плане изучения повседневных нужд наших граждан».

Был задан и вопрос о «ситуации в Гагрском районе в связи с недавними событиями» (когда из-за протестных выступлений против Астамура Кецба там был «переназначен» другой и.о. главы администрации района). И тут вице-президенту пришлось отвечать скорее от имени президента страны (первоначально, по неподтвержденным данным, на 26 декабря планировалась большая пресс-конференция Рауля Хаджимба, но ее перенесли на январь будущего года). Аслан Чучурбеевич, в частности, сказал: «Да, могут быть разные мнения и пристрастия к тем или иным руководителям. И критерии оценок тоже могут быть разные, крайне противоречивые. И это неудивительно. Однако никому из нас не следовало бы накалять обстановку на почве неприятия тех или иных решений. Нужна толерантность, нужны компромиссы во имя стабильности. Президент избран народом, и поддерживать его – это моральный долг каждого гражданина. Перемены нужны везде: и в Гаграх, и в Сухуме, а если по большому счету – в каждом населенном пункте. Иначе будет страдать общая ситуация. Из отдельных достижений будет складываться наш общий успех».

И, наконец, речь в ходе интервью зашла о том, что мнение вице-президента Абхазии, высказанное на круглом столе 17 декабря «относительно вопросов недвижимости, вызвало неоднозначную реакцию в социальных сетях». Аслан Барциц по этому поводу сказал:

«Круглый стол прошел в конструктивном русле, было высказано немало полезных и ценных идей. Мы доложили о них президенту, и он воспринял их позитивно. Что же касается моих слов о проблемах недвижимости, хочу отметить: никаких категоричных высказываний у меня не было. Я с оружием в руках прошел, как и многие защитники Отечества, нелегкий боевой путь, был депутатом парламента в трудные времена, и не хуже некоторых «героев», прячущих свои подлинные имена под различными никами, прекрасно понимаю, что такое свобода, независимость, земля, национальные богатства, недра и т.д. И если я коснулся темы скрытой, теневой продажи имущества, подразумевающей коррупционные схемы, и обсуждения вопроса в законодательном плане, это не значит, что я не понимаю сложностей проблемы, опасностей, которые она таит для малочисленного народа, пережившего страшные испытания и ценой огромных жертв отстоявшего свою государственность. Я понимаю все эти нюансы. И не меньше кого-либо переживаю за них. И поэтому клеветнические нападки некоторых «бойцов» невидимого фронта ко мне не липнут, я говорю открыто, говорю от своего реального имени и без театральной маски. Готов обсуждать с глазу на глаз любые темы не только на просторах Интернета, но и в рабочей обстановке, вживую. Расцениваю искусственно раздутый скандал вокруг моих высказываний как попытку дискредитировать власть и использовать повод для нагнетания политического ажиотажа. Это чистой воды спекуляция на тему».

В завершение хочется отметить следующее. Тема продажи недвижимости иностранцам в Абхазии не только «долгоиграющая», но и весьма болезненная, можно сказать, «взрывоопасная» для любого абхазского политика, который ее поднимает. Впервые она была озвучена в начале 2009 года в ходе первого официального, торжественно обставленного визита в Москву делегации РА во главе с Сергеем Багапшем, когда прошло всего около полугода после признания Россией независимости Абхазии и Южной Осетии (до этого, как известно, они рассматривались Кремлем де-юре как части Грузии). Примечательно, что сам Багапш не стал сообщать СМИ о намерении руководства законодательно разрешить в Абхазии продажу недвижимости иностранным гражданам, а поручил это сделать тогдашнему министру экономики Кристине Озган и с оговоркой – продавать иностранцам, под которыми подразумевались россияне, только первичное жилье, то есть новостройки. Многоопытный второй президент РА прекрасно понимал, что наверняка последует резкая критика такого намерения со стороны граждан республики, которые опасаются вполне возможного в будущем в этой связи кардинального изменения этнодемографического баланса в республике в ущерб коренному этносу, и что в первую очередь этим воспользуется политическая оппозиция. Но и ответить отказом российским партнерам по переговорам он тоже не мог.

За минувшее десятилетие с лишним эта тема в российско-абхазских отношениях не раз то актуализировалась в СМИ, то уходила в тень. В России немало людей, которые искренне недоумевают, почему абхазы «ведут себя, как собака на сене», сопротивляясь тому, чтобы россияне вкладывали деньги в жилищное строительство в Абхазии и отстраивали таким образом республику. Кое-кто из недоумевающих, высказывая эту мысль, даже использует такое выражение, как «неблагодарные абхазы». Приводят, в частности, в качестве «положительного примера» Болгарию, где россияне уже давно беспрепятственно приобретают недвижимость. В ответ же обычно звучит, что, как говорят в Одессе, это «две большие разницы». Сколько болгар и сколько абхазов? А также сколько россиян, желающих переехать на ПМЖ в иноязычную, что ни говори, Болгарию, и сколько их переехало за последние десятилетия из суровых северных краев в соседний с Абхазией Краснодарский край?

Говоря о позиции, занимаемой по этому вопросу абхазскими политическими элитами (достаточно вспомнить, как менялась риторика отдельных их представителей в ходе визитов в Абхазию Владислава Суркова в преддверии мая 2014 года), вспоминаешь начало русской скороговорки: «Корабли лавировали, лавировали…» Но вот как было бы уместно закончить эту скороговорку в применении к данной истории, никто пока не знает.

Виталий Шария

Эхо Кавказа

 

Специалисты рекомендуют при выборе вина не искать только раскрученные наименования, а прежде всего обращать внимание на этикетку, цену и место покупки.

СУХУМ, 26 дек - Sputnik. Роскачество составило рейтинг лидеров по экспорту вина в Россию. Абхазия занимает пятое место в списке. В пятерку также вошли вина Испании, Италии, Грузии и Франции.

Отмечается, что Абхазия поставила в 2018 году в Россию 19 миллионов литров вина.

При этом Абхазия согласно сообщению Роскачества обладает примерно 600 гектарами виноградников. В условиях жары и высокой влажности с 600 гектаров можно произвести не больше восьми миллионов литров вина, а недостающий объем восполняют молдавские виноградники.

Для сравнения, Испания, оказавшаяся на первом месте по экспорту вина в Россию, поставила 43,7 миллиона литров вина.

Из 60 известных сортов аборигенного винограда сегодня в Абхазии встречаются чуть больше двадцати. Причиной исчезновения стала филлоксера, которая попала в страну из Европы в начале XX века. С этим насекомым по-прежнему приходится бороться, а также с мраморным клопом.

Однако в настоящее время на плантациях вблизи реки Гумиста в Сухумском районе местные агрономы пытаются развить такие сорта винограда, как качич, красный ачандарский виноград, ажьшкуакуа, агбажь, млахуы, ауасархуа.

 

 

 

Несколько лет назад мне довелось присутствовать на очень любопытном судебном заседании, на котором прокурор разговаривал шепотом, а судья вел процесс, не поднимая глаз от бумаг, лежащих на его столе. Даже когда в зале происходили беспорядки, на которые председательствующий, не говоря уже о конвоирах, обязан был обратить внимание. Уверена, что мои сограждане уже догадались, что речь идет о процессе, на котором судили «вора в законе».

Наверное, нигде на постсоветском пространстве так называемые криминальные авторитеты уже не чувствуют себя столь вольготно, как в Абхазии. Похоже, наша страна остается последним бастионом для этой категории людей. Первыми на Кавказе войну «воровскому миру» на законодательном уровне объявили в соседней с нами Грузии. Там была проведена реорганизация правоохранительной системы и принят закон об организованной преступности, согласно которому предусматривалась уголовная ответственность за членство в воровском сообществе, а имущество, добытое в результате преступной деятельности, подлежало изъятию.

Ничего нового грузинские правоохранители не изобрели: законодательная база была заимствована из итальянского антимафиозного закона и из американского законодательства, направленного на борьбу с организованной преступностью. Однако именно в грузинском законодательстве появились такие понятия, как «вор в законе» и «воровская сходка». С 2006 по 2010 год в Грузии были задержаны и осуждены 180 членов воровского мира. У представителей преступного мира было конфисковано имущество на сумму один миллиард долларов, и в стране резко сократилась преступность.

Грузинские «криминальные авторитеты», напуганные этими мерами, стали последовательно отбывать из Грузии в Россию, в Европу, а кто-то скрывался от уголовного преследования и в Абхазии. Прошел десяток лет, и на этот опыт Грузии (или, если угодно, международный опыт) обратили внимание в других постсоветских странах. В России, Армении, Украине и так далее.

Сегодня криминогенная ситуация в Абхазии примерно такая же, как в Грузии в 2000 годах. И, возможно, что это тот случай, когда и нам было бы неплохо присмотреться к грузинскому опыту. Не устраивает грузинский, можно взять за основу итальянский, американский или российский. Россия тоже в этом году приняла закон, направленный на борьбу с организованной преступностью. В апреле.

Оказалось, что в марте нынешнего года проект закона, направленного на борьбу с организованной преступностью и воровским сообществом, был направлен президентом Абхазии в парламент. Главная цель в нем – так называемые воровские авторитеты или воры в законе, максимальная изоляция их от общества и лишение их контроля над преступными группировками. В проекте определены формы соучастия и виды соучастников, ответственность за их создание, руководство и участие, а также за опасные деяния, совершенные ОПГ. Поправки в УК предусматривают также ужесточение санкций в виде лишения свободы для «воров в законе» и ответственность лиц, занимающих высшее положение в преступной иерархии, вплоть до пожизненного лишения свободы.

Этот законопроект пролежал в парламенте десять месяцев, и к его обсуждению в кулуарах парламента депутаты приступили только после ноябрьских событий, связанных с убийствами, а затем похищением человека, что стало причиной серии отставок в Министерстве внутренних дел и Генпрокуратуре, включая министра и генпрокурора. Проект закона должен был рассматриваться на заседании сессии парламента на прошлой неделе. Но когда накануне сессии выяснилось, что проект повестки дня заседания сессии не направлен журналистам, стало понятно, что он не набирает необходимого большинства голосов и выносить его на рассмотрение не имеет смысла.

Думаю, что ответ на вопрос, почему депутаты нашего парламента не хотят принимать данный законопроект, кроется в его смысле. Для организованной преступности, имеющей иерархическую структуру, материальную и финансовую базу, характерны связи с государственными структурами, основанные на коррупционной составляющей.

Чтобы ни у кого не возникало иллюзий относительно непредумышленности решения части депутатского корпуса (и, по-видимому, немалой), напомню о еще двух законопроектах, которые завалялись в парламенте, – проект закона о государственной службе и проект закона о декларировании доходов и расходов депутатами и должностными лицами. То есть еще два законопроекта, без которых невозможно бороться с преступностью и коррупцией. И как понимать такую закономерность: как высшую степень патриотизма или как предательство государственных интересов?

Исходя из сказанного, позволю себе подозревать ту часть парламента, которая препятствует принятию этих законов, в личной заинтересованности и предательстве национальных интересов.

Изида Чаниа

Эхо Кавказа

 

 

Заявление Республиканской политической партии «Форум народного единства Абхазии».

Латская трагедия – незаживающая рана нашего народа, боль матерей и отцов, родных и близких, тревожный зов памяти о невинно убиенных. Латская трагедия – это постоянное напоминание о неслыханном коварстве людей, готовых на любые чудовищные, нечеловеческие поступки ради достижения своих гнусных политических и военных целей. Не должно быть никакого сомнения в том, что это жестокое преступление, жертвой которого стали дети, женщины и пожилые люди, летевшие 14 декабря 1992 г. из блокадного Ткуарчала в Гудауту, совершено грузинскими оккупационными войсками, потому что территорию всего Кодорского ущелья контролировали именно они – грузинские воинские подразделения.

На их совести множество других зверских поступков, убийств, изнасилований, надругательств, террористических актов, издевательств над мирным населением, квалифицирующихся не иначе, как геноцид в отношении народа Абхазии. На их совести сожжение в один день Абхазского института языка, литературы и истории им. Д.И. Гулиа, Центрального государственного архива Республики Абхазия, уничтожение памятников выдающимся деятелям литературы и искусства, разграбление музеев, театров, других очагов абхазской культуры.

Однако мировое сообщество, международные правозащитные организации по-прежнему хранят молчание по поводу этих вопиющих военных преступлений. Двойственное и двуликое отношение к злодеяниям, совершенным Грузией в Абхазии и Южной Осетии, поощрение Западом ее откровенно реваншистских намерений, служит подтверждением приверженности «вершителей судеб народов» политике двойных стандартов.

Страшные следы, оставленные грузинскими агрессорами в Абхазии, не дают морального права нынешним правителям Грузии выступать с сердобольными и сострадательными высказываниями с высокой трибуны ООН – в роли радетелей абхазского языка и культуры.

Факт уничтожения мирных граждан Абхазии в небе над селом Лата – это неопровержимый обвинительный приговор против Грузии, проявление фашистской сути ее идеологии. Народ Республики Абхазия давно реализовал свое законное право на политическое самоопределение и строит независимое правовое демократическое государство, укрепляя союзнические отношения с Российской Федерацией.

Пусть будет вечной память о жертвах Латской трагедии! Да хранит Господь народ Республики Абхазия!

г. Сухум. 

13.12.2019 г.

В интервью «Нужной Газете» и.о. главы Галского района Темур Надарая рассказал о том, что сделано его администрацией за прошедшие пять лет и к чему приведет решение об открытии таможенной границы по реке Ингур и торговля с Грузией.

«Львиная часть расходов грузинского бюджета направляется на ее армию. Таким образом, покупая товары в Грузии, мы финансируем армию, которая в нас, возможно, будет завтра стрелять».

Корр.: Темур Хухутович, Вы уже пять лет являетесь главой Галского района. Хотелось бы поговорить с вами о результатах Вашей работы. Мы беседуем накануне важного праздника – Дня Конституции Республики Абхазия, и мой первый вопрос: как будут отмечать эту знаменательную дату в районе?

Темур Надарая: 25 ноября у нас запланировано торжественное собрание, на котором мы расскажем об истории принятия Конституции, современных проблемах. Должен сказать, что Конституция не закостенелый документ, не «священная корова» – Конституция должна отражать современные реалии. Я считаю, что самое большое богатство нашей страны, после людей, которые тут живут, это ее климат, чистый воздух и вода. Необходимо отразить в Конституции, что Абхазия — это экологическое государство. Мы много говорим о реформе политической системы и перераспределении полномочий в пользу парламента. Я думаю, что это приведет к более стабильной политической ситуации, потому что не все будет замыкаться на главе государства, а выигравший президентские выборы не будет восприниматься как выигравший все, а проигравший – как проигравший все.

Естественно, с Конституцией надо обращаться деликатно, бережно, и каждый шаг должен быть «семь раз отмерян». Считаю, что в нашу Конституцию, в которой отмечается приверженность Декларации прав человека, необходимо внести и приверженность Декларации правам народа. Эти два понятия должны быть сбалансированы, так как сегодня очевидно, что под знаменем соблюдения прав человека совершались агрессии против Югославии, Ливии и других стран, и фактически в борьбе западных стран за права человека и демократию погибли миллионы человек. Я считаю, что права человека, конечно, должны быть записаны в Конституции, но превалировать должно все же права народа. Право народа на самоопределение и создание собственного государства, записанное в Декларации прав народа, является краеугольным камнем нашей правовой системы и нашей целью. Это должно быть отражено не только в Конституции, но и в фундаментальных документах. Считаю, что такая поправка нужна.

В то же время в последние годы в Конституцию были внесены защищенные статьи – никто не имеет право проводить референдумы по государственному языку, статусу государства и продаже земли. Эти статьи не могут быть изменены даже референдумом. И это позитивные поправки, которые укрепляют нашу государственность. Надеюсь, что и в дальнейшем все изменения будут вноситься в Конституцию с учетом государственных интересов и будут направлены на его укрепление.

Корр.: Давайте подведем итоги Вашей пятилетки. Вы довольны успехами, которых достиг район в период Вашего управления?

Т.Н.: Быть довольным не в моем характере – я всегда недоволен и своей работой, и иногда работой подчиненных. Я думаю, что это неплохая черта, с одной стороны. Однако я всегда пытаюсь отмечать людей, которые себя хорошо проявили в работе. Но по большому счету, было намечено больше, чем мы сделали. Есть объективные и субъективные факторы и причины, почему не удалось добиться всего.

Корр.: А чего не удалось добиться?

Т.Н.: Главная задача – интеграция населения района в абхазское этнокультурное и политическое пространство.

Корр: Задача на десятилетия. Вы хотели осуществить ее за пять лет?

Т.Н.: Да, глобальная задача, но хотелось бы сделать больше.

Корр.: А, что именно не удалось сделать? Работает телевидение, создается радио – не все районы могут похвастаться таким разнообразием СМИ…

Т.Н.: Да, создание телевидения я считаю успехом. То, что радио создается – тоже позитивный момент, которым можно гордиться. Газета была – она лишь реформирована. Но не хватило времени на интеграцию жителей района в экономическом плане, что очень важно. Когда люди имеют работу и им жить комфортно, тогда они поворачивается к тебе лицом. Но если они живут в Абхазии, а отовариваться бегают за границу, играют там свадьбы и работают, то одними информационными средствами ничего не достигнешь. Хотелось бы и большей социальной помощи людям, но учитывая возможности нашего государства, это сложно сделать. Именно в поисках решения проблем, связанных с трудоустройством и безработицей, мы два года назад создали Особую экономическую зону, где отечественные и иностранные бизнесмены имеют возможность при ведении бизнеса получить налоговые преференции. Большие надежды у нас на эту зону. Управляющая компания докладывает, что инвесторы уже зарегистрировались в министерстве экономики. Есть хорошие проекты с бизнесменами из Татарстана, они приезжали к нам, изучали ситуацию, и мы надеемся, что в ближайшее время мы увидим реальные действия.

Что касается сельского хозяйства, то мы попали в такую полосу, когда первые два года моей работы в районе цена и качество на главный продукт, который производится в нашем районе, орех, соответствовали потребностям. Все были довольны, но 17-й и 18-й годы были страшными в этом плане – два года не было урожая. И многие люди подошли, можно сказать, к черте голода, у нас был список из 600 семей, которым оказывали гуманитарную помощь. Хочу поблагодарить президента и правительство, которые выделили до 100 тонн гуманитарной помощи для этих семей, мы нашли в своих резервах что-то. В общем около 150 тонн продовольственных продуктов – подсолнечного масла, муки, кукурузы и т. д. было выделено этим семьям. И российские пограничники нам помогли, давали консервы, рыбу и другие продукты. За эти два года, несмотря на серьезные трудности, мы смогли сделать так, чтобы население не покинуло свои дома и не уехало массово. Они остались, потому что чувствовали поддержку.

Государство оказало помощь и в борьбе с сельхозвредителями – мы несколько раз использовали авиацию для лечения ореховых насаждений, это около 5 тысяч гектаров. Помогли и международные организации – «Движение против голода», через которую мы получали необходимые препараты для борьбы с мраморным клопом и другими, минсельхоз РФ также предоставил необходимые препараты для борьбы с сельхозвредителями. И меня радует, что в нынешнем году люди, которые послушали нас и провели лечение (а таких большинство), получили хороший урожай, на который хорошая цена – более двух долларов за килограмм ореха. Настроение у людей улучшилось, ожил рынок, торговля, то есть жизнь опять «забила ключом», и люди верят в завтрашний день.

Мы здесь чувствуем постоянно, что Грузия имеет виды на Галский район, где проживает в основном грузинское население.

Корр.: В чем это выражается?

Т.Н.: Они постоянно вмешиваются в наши внутренние дела. Это касается образования, здравоохранения. Когда они создают преференции для абитуриентов, которые закончили школу в Абхазии, в нашем районе, для того, чтобы они поступали в вузы Грузии. Благодарность Алеко Алексеевичу – мы договорились с АГУ. Сейчас жителей Галского района принимают в АГУ и СОИ бесплатно. Кроме того, отличникам и тем, у кого нет одного из родителей, мы выплачиваем стипендии 5 тысяч рублей. Грузинская сторона отреагировала на наши действия тем, что объявила бесплатный набор для абитуриентов из Абхазии и значительно снизила требования на вступительных экзаменах.

Корр.: Сколько абитуриентов выехало в этом году на обучение в Грузию?

Т.Н.: 160 детей выехали учиться в Грузию – это и жители Ткварчалского района и Гала, 30 поступили в абхазские учебные заведения. Все наши попытки интегрировать население района блокируются вот такими решениями Грузии. Мы, естественно, будем вынуждены принимать другие меры: подавляющее большинство жителей района, которые поехали учиться в Грузию, имеют вид на жительство, а согласно статье 11 пункта 10 Закона «О правовом положении иностранных граждан», лица, которые, имея вид на жительство, проживают в Абхазии менее 6 месяцев, будут лишаться вида на жительство. То есть, мы хотим сказать старшеклассникам, что они имеют право выбрать для учебы вузы Грузии, но через шесть месяцев в течение года они лишатся вида на жительство и в Абхазию будут приезжать как иностранные граждане по визе. Это одна из мер, на которую мы вынуждены будем пойти. И вторая мера, которая еще требует обсуждения: мы прекратим преподавание грузинского языка в школах. Наши законы и Конституция не обязывают наше государство заботиться о грузинском языке. Это была добрая воля нашего государства, но учитывая то, что население района в большинстве своем мегрелы, которые владеют мегрельским языком, мы вместо грузинского языка можем ввести преподавание мегрельского языка. Думаю, что наша Академия наук поможет нам в решении этой задачи. Но этот вопрос еще надо обсуждать. Однако я вижу в этом смысл. Конечно, будут люди, которые ориентированы на обучение в Грузии. Никто не препятствует им в занятиях грузинским языком частным образом, но в государственных школах мы не обязаны проводить обучение грузинскому языку.

Корр.: Но вы и мегрельскому не обязаны обучать в государственных школах…

Т.Н.: Мегрельский для местного населения родной язык, и мы предоставим право детям учить его в государственных школах. Грузинская сторона должна понять, что, если она будет вмешиваться в наши внутренние дела, наша реакция будет адекватной, зеркальной, и мы будем принимать меры для защиты своей государственности.

Что касается здравоохранения – то здесь более сложный вопрос. Когда это связано с жизнью людей, мы не может навязывать никаких условий. Я для себя знаю, что сам не поеду в Грузию, я жил с честью и умереть хочу с честью. Но не все так считают – и я не намерен никого судить. Когда мы были в Женеве, эта тема поднималась. Я им говорил, что гуманитарные акции не должны иметь политическую направленность. Грузины, учитывая состояние нашей медицины, нашли такую нишу, где нам трудно противостоять. Они считают, что таким образом они завоюют любовь и доверие абхазского народа. На что я им рассказал сказку про ласточку, в которой говорится о том, как женщина подобрала ласточку с поломанным крылом, вылечила ее и отпустила. Весной ласточка принесла ей зернышко, из которого выросла тыква с золотом и серебром внутри. Ее соседка, узнав об этом, поймала ласточку, сломала ей крыло, а затем вылечила и отпустила. Ласточка принесла зерно, из него выросла тыква, а в ней змеи, которые и съели эту женщину. Я говорю, вы добьетесь примерно такого эффекта. Вы не выплатили нам контрибуцию за ущерб, нанесенный во время войны, поэтому и оказание различного рода медицинских услуг мы воспринимаем как обязательство. Так что грузины ошибаются, рассчитывая на то, что помощь в виде медицинских услуг станет поводом для того, чтобы мы отказались от своей независимости. Все наши болячки – это результат войны, которую Грузия развязала против нашего народа. К тому же Грузия препятствует нашему передвижения по миру, ставит нам препоны – мы не можем завезти оборудование из стран Европы, отправить детей учиться и так далее. Все это делает Грузия – они нам мешают развиваться и одновременно приглашают лечиться. Нам нужно больше объяснять людям, что происходит.

Мы так увлеклись внутриполитической борьбой, что забыли, что у нас есть враг, который ведет работу, направленную на уничтожение нашей государственности. И эта программа 2019 года «Шаг к лучшему будущему» является составной частью информационной гибридной войны, которую ведет Грузия против нас. А наша задача – это интеграции галского населения. Это должна быть государственная программа, которая не зависит от того, кто будет руководителем района.

Корр.: Таким образом, Темур Хухтович, Вы меня сами привели к вопросам, связанными с абхазо-грузинской границей. Мы говорим о том, что абитуриенты не должны ездить в Грузию, что надо интегрировать жителей района в общее абхазское пространство, а тем временем у нас в правительстве (насколько мне известно) активизировались сторонники идеи экономического процветания посредством открытия границы для ввоза товаров из Грузии. Насколько я понимаю, они хотят узаконить контрабанду, которая и сегодня поступает в Абхазию из страны, с которой мы находимся в состоянии войны.

Т.Н.: Сама эта мысль в умах абхазских политиков даже не должна возникать…

Корр.: Но возникла.

Т.Н.: Да. Есть лоббисты, которые пытаются придать этой идее экономическое обоснование. По их мнению, грузинские товары, которые заходят в Абхазию, надо обложить налогами и пошлиной и это будут серьезные поступления в абхазский бюджет. Главный аргумент, который они используют, заключается в том, что, несмотря на то, что товары из Грузии не облагаются налогами, они все равно поступают в Абхазию контрабандным путем. На мой взгляд, тут надо прежде всего сказать, что помимо экономической должна быть и морально-этическая сторона вопроса. К сожалению, в Абхазию заходит не только контрабанда из Грузии, но и наркотики. Но я не слышал, чтобы кто-то предложил обложить их налогами, чтобы пополнить бюджет.

В любой стране есть контрабанда – в большей или меньшей степени. И здесь надо говорить о ее размерах. К сожалению, у нас они опять начали расти, хотя был период, когда после закрытия пунктов она резко упала, и это было хорошо видно, в том числе и по галскому рынку, на который начали завозиться товары из Сухума, а значит, начали получать прибыль местные предприниматели. Прибыль же от завоза в Абхазию контрабандных товаров получают предприниматели из Грузии. То есть грузинские предприниматели, которые платят налоги в грузинский бюджет, чем содействуют экономической и военной мощи Грузии. Напомню сторонникам этой идеи, что львиная часть расходов грузинского бюджета направляется на ее армию. Таким образом, покупая товары в Грузии, мы финансируем армию, которая в нас, возможно, будет завтра стрелять. Наше государство сегодня борется с этой контрабандой, но если завтра государство скажет, что все зарабатывают на этом, кроме государства, то и мы тоже хотим заработать на этом. Это все – никакой идеологии быть не может. Торговля – это экспансия, которая обозначена в грузинской программе уничтожения Абхазии «Шаг к лучшему будущему» первым пунктом, и здесь говорится о налаживании торговых отношений с Абхазией «по разделительной линии», как они называют государственную границу. Вы представляете себе, что Абхазия будет содействовать экономической мощи Грузии, открыв свои границы для грузинских товаров? Это нонсенс. Это все равно, что брать налоги с продажи наркотиков.

Ситуация усугубляется тем, что мы не объясняем людям ситуацию. Ведь даже те, кто занимается контрабандой, это наши граждане, и им надо объяснять: то, что вы сегодня делаете, ведет к укреплению экономики и оборонной мощи Грузии. Если им объяснить, что каждый килограмм ввезенной картошки, яблок – это слезы их детей в будущем, они это поймут. Сегодня бюджет министерства обороны Грузии равен трем бюджетам Абхазии. 300 млн долларов, это почти 20 млрд. рублей. Наш собственный бюджет – 5 млрд. Все страны хотят увеличивать рынок сбыта, ведут торговые войны. Допустим, мы в одностороннем порядке откроем свои границы для иностранных товаров. А Грузия откроет свои границы для наших? Пожалуйста, у нас топливо стоит почти в половину дешевле, чем у них. Купят у нас? Ни за что, потому что их ввозной НДС и пошлина в разы больше, и именно за счет них они формируют свой бюджет.

Корр.: При этом Вы не станете отрицать, что товары, поступающие из Грузии, дешевле и может быть, это способ оказать помощь малоимущему населению, в том числе и района?

Т.Н.: Я же не говорю о том, что надо запретить людям покупать более дешевые товары в Грузии. По сей день действует указ, изданный еще президентом Багапш, в котором, несмотря на запрет торговли, говорится, что каждому человеку разрешается ввоз товаров весом не более 50 кг. К сожалению, за все это время с 2007 года ни таможенный комитет, ни правительство не смогли создать номенклатуру того, что может входить в эти 50 кг. В таком перечне должно быть все расписано – что можно, а что нельзя, как это сделано на границе Псоу. 50 кг картошки человек может привезти себе домой, но 50 кг сыра это уже товарная партия.

Корр.: Там «наверху» даже этого не понимают?

Т.Н.: Думаю, что это сделано целенаправленно, возможно, ошибаюсь, но факты говорят сами за себя.

Что касается аргумента о падении цен в результате открытия границы для товаров из Грузии – это вообще не про население. Речь идет о том, что товары, поступающие из Грузии, будут облагаться налогами и, как утверждают таможенники, эти налоги пополнят бюджет. А теперь о дешевизне. Ввозная пошлина уравняет стоимость товаров, завозимых из Грузии, со стоимостью товаров, которые находятся на нашем рынке. Государство будет защищать своих производителей, так что никакого падения цен не будет. Это миф, и второй миф о том, что разрешение на ввоз товаров из Грузии решит вопрос коррупции на границе. Приведу пример: введение пошлины на орех. Правительство подсчитало, что урожай составит около 10 тысяч тонн (замечу, что в урожайный год такое количество производит только Галский район, без учета других регионов), которые уходят на продажу. В 2016 году таможенные перечисления с ореха в бюджете составили 30 млн руб., хотя правительство ожидало 300 млн рублей.

При таком уровне коррупции в таможенных органах, когда и руководство страны отмечает, что взимается около 30% таможенных платежей, где гарантия того, что на абхазо-грузинской границе будут оформлены все десять машин с арбузами, скажем, а не одна? Нет такой гарантии, ни на границе по Ингуру, ни на границе по Псоу.

Корр.: Сколько человек вовлечено в контрабандную торговлю с Грузией?

Т.Н.: Сегодня контрабандой занимаются не более ста человек, и это не только жители Галского района. И разрешение на торговлю не решит эту проблему, а только усугубит ее при таком коррупционном уровне, но при этом мы взрастим тысячу бизнесменов, которые вовлечены в отношения с Грузией. Именно на этом построена программа «Шаг к лучшему будущему» – на создании контактов между нами. Нельзя торговать своим будущим, мы не самоубийцы, чтобы заниматься торговлей с Грузией. Даже чисто экономически это ничего не даст – вспомните пример про вывозные пошлины на орех.

Корр.: Темур Хухтович, перед тем, как перейти к обсуждению пополнений в бюджет, я кратко резюмирую, что, на ваш взгляд, даст разрешение торговли на границе: коррупция остается и даже увеличится, цены на товары остаются прежними или повышаются, увеличиваются контакты между абхазскими и грузинскими бизнесменами, что означает, что мы вписались в грузинскую программу по уничтожению независимости Абхазии. А теперь, что случится с бюджетом – может он пополнится?

Т.Н.: Наш рынок может потребить ровно столько, сколько он может потребить. Этот товар сейчас официально идет через российско-абхазскую границу. Увеличивается поток товаров из Грузии, в том числе и контрабандных, контрабандисты зарабатывают на оборотах и количество средств, попадающих в бюджет уменьшается. Далее, торговля с Россией резко падет… Мне интересно, когда президент Абхазии будет встречаться с президентом России, какие цифры он будет приводить? Свидетельствующие о падении товарооборота со стратегическим партнером и увеличении товарооборота с врагами? Это имеет большое значение, потому что эти данные – барометр отношений, показатель того, как растут контакты. Абхазские бизнесмены торгуют с Россией, предпочитают работу с ними, это все и есть межгосударственные отношения. И потом, российские торговые представители не допустят попадания неабхазского товара к себе – как это происходит с товаром из Турции. Если вдруг 50-100 тонн свеклы появятся на абхазо-российской границе, и мы не сможем показать, где она выросла, россияне могут вообще запретить вывоз свеклы из Абхазии и пострадают те немногие абхазские производители, которые, например, занимаются ее выращиванием. Мы шутим с огнем. Кто-то лоббирует, желая заработать, а страдать простым предпринимателям.

Корр.: Темур Хухутович, а Вы знаете, кто этот кто-то, кто лоббирует не наш интерес?

Т.Н.: Догадываюсь… Это те, кто сегодня занимается контрабандой и убеждает высшее руководство в том, что торговые отношения с Грузией принесут нам чуть ли не золотой дождь.

Я еще раз повторяю: торговля с Грузией – это угроза национальной безопасности. На этот вопрос должно быть наложено табу. Это моя позиция как государственника: никакой торговли с государством, с которым находишься в состоянии войны быть не должно. Присутствие товаров экономически более сильной Грузии на рынке экономически более слабой Абхазии является торговой экспансией. Создание совместных фирм, торговые грузино-абхазские операции, которые охотно финансируют грузинские банки, – это тоже экспансия. Это все этапы гибридной войны, в рамках которой и работает программа «Путь к лучшему будущему». Недавно мы закрывали границу из-за политических событий, которые происходили в Грузии. Представьте, как бы это происходило, если бы у нас были торговые отношения с Грузией – сотни, тысячи бизнесменов, теряющих свой заработок, будут возмущены тем, что граница закрыта, что их торговые связи прерваны. Так появятся люди, которые будут говорить: давайте жить с Грузией в одном государстве, на торговле с ней я хорошо заработал.

Если государство заявит о том, что оно открывает свои таможенные границы и, хотя бы в ограниченном количестве принимает товары из Грузии, это значит, что оно расписывается в своем бессилии в борьбе с контрабандой и фактически предает национальные интереса народа и подпитывает военную мощь Грузии. Экономика Абхазии и абхазский производитель не выдержит такой конкуренции, и даже те зачатки, что появились сегодня, погибнут. Потому что из Грузии придет не только грузинский товар, но и иранский, турецкий. Не будем говорить о качестве этих товаров, его невозможно проверить, потому что наши карантинные службы не имеют таких возможностей.

Для начала надо бороться с коррупцией, расписать разрешенные для ввоза 50 кг товаров. Но ни в коем случае не открывать в одностороннем порядке свои границы. Понятно, есть исключения – медикаменты по линии международных организаций, обслуживание совместного хозяйства Ингур ГЭС, это выходит за рамки ограничений, но остальное надо четко разграничить.

Беседовала Изида Чаниа

 

Яндекс.Метрика