Домашний интернет за бонусы
Роуминг (супер роуминг)
Конструктор
Безлимитный интернет
Previous Next Play Pause

Рабочая поездка главы Правительства Абхазии в Турцию завершилась 6 февраля.

Сухум. 6 февраля. Апсныпресс. Премьер-министр Республики Абхазия Валерий Бганба в рамках рабочей поездки в Турцию принял участие в церемонии заложения фундамента нового здания Абхазского культурного центра в Сакарье.

Новое здание позволит Центру совмещать в себе функции образовательной и культурной площадки. Согласно проекту, здесь предусмотрены большой зал для обучения национальным абхазским танцам, а также помещения, где будут организованы курсы изучения абхазского языка.

Сакарья – турецкая провинция, где проживает большая часть потомков кавказских махаджиров: адыгов, абхазов, абазин.

Рабочая поездка главы Правительства Абхазии в Турцию завершилась 6 февраля.

 

 

 

 

Жители района сухумского Маяка в социальных сетях жалуются на невыносимый запах, который доносится от местных предприятий по переработке рыбы.

Корреспондент Sputnik побывал на этих заводах, пообщался с маякцами и экологами Абхазии.

Бадри Есиава, Sputnik

Жизнь с душком

Всего в Абхазии функционирует шесть предприятий по переработке хамсы, два из которых находятся в оживленной части сухумского Маяка недалеко друг от друга. Рядом с ними расположены частные и многоквартирные дома. Когда съемочная группа приехала на место, сильного запаха мы не почувствовали, но решили пообщаться с местными жителями и узнать, так ли это всегда.

Первыми, кого мы встретили, были Тамаз и Ольга, которые поделились с нами своими чаяниями. Разговор выдался эмоциональным и откровенным.

"С тех пор как здесь открыли "хамсоварню", в зависимости от ветра, запах стоит ужасный. Сейчас еще нормально, потому что сейнера только подошли и еще не приступили к переработке рыбы. Это невыносимо, уличный туалет и то лучше пахнет", - сетовал Тамаз.

Его спутница Ольга отметила, что такая ситуация в их районе складывается каждый год, и неприятный запах, по ее мнению, не единственная проблема.

"Они всю кормовую базу уничтожили. Все химикаты через трубы выходят в море, и никто не ставит очистных сооружений. Они оседают на дне моря в виде пленки. Вы представляете, что там происходит?" - выразила возмущение женщина.

Маякцы признались, они уже не питают никакой надежды по поводу решения этой проблемы и обращаться с жалобами никуда не собираются, так как помощи ждать не от кого.

Далее мы прошли в сторону многоквартирного дома. В дворе припарковался автомобиль, из которого вышла женщина. На вопрос, правда ли, что в этой части Сухума стоит невыносимый запах рыбы, она ответила положительно.

"Когда строили эти заводы, обещали, что будет пахнуть лимоном. А сейчас, что мы можем сделать? Мы люди маленькие. Вам надо попасть в момент, когда действительно пахнет. Двери и окна не открываем, вещи сушим внутри дома", - рассказала местная жительница.

Переработка хамсы

Затем мы направились в дирекцию ближайшего предприятия по переработке хамсы – СП ООО "Сухумский рыбокомбинат".

"Этот запах не от нас идет", - первое, что нам сказали там, но в просьбе провести для нас экскурсию по предприятию не отказали. Сделать это вызвался сам директор завода Батал Микаа.

Рыбокомбинат расположен прямо на берегу моря в бухте. Производит он муку и рыбий жир. Последний хранится в контейнерах на улице. Рыба попадает на завод по специальной трубе прямо из пришвартованных сейнеров в так называемые накопители. К моменту, когда мы туда подъехали, как раз шла разгрузка.

Показывая на большую цистерну с трубой, сотрудник предприятия Мехмет Ауасса рассказал, что в этом резервуаре установлены дорогостоящие фильтры, которые не дают неприятным запахам распространяться по территории. Фильтры эти меняют каждый год, заверил он.

В сутки "Сухумский рыбокомбинат" может переработать до 300 тонн рыбы, но такое происходит нечасто, отметил директор. По его словам, предприятие последнюю неделю не работало, так как не было рыбы.

"То есть и запаха не могло быть от нашего завода. Это можно легко проверить по документам о выработке, которые мы сдаем каждый день. Продукцию нашу, жир и муку, мы импортируем на рынки России и Турции", - рассказал Микаа.

Не вся рыба идет на переработку, продолжил Микаа. Десятки килограммов в день бесплатно отдают тем, кто попросит. В этом мы убедились лично. За то время, что мы провели у бухты, пришли несколько человек и забрали по одному или два пакета хамсы. Многие пользуются такой щедростью и выпрашивают партии побольше якобы для семьи или большой родни, но на самом деле рыбу эту они продают на рынке, с сожалением поделился с нами директор завода.

Подобную ситуацию мы тоже успели понаблюдать. Подошел взрослый мужчина, чьи брюки и обувь были в рыбьей чешуе, и попросил у сотрудников предприятия все пакеты, которые лежали на палубе сейнера. По моим примерным подсчетам, их там было около 20. На вопрос руководителей завода, зачем ему столько рыбы, мужчина ответил, что для коллектива одного из госучреждений страны. Директор разрешил взять лишь пару пакетов.

Запах рыбы на территории завода мне не показался резким. "Ароматы" усилились уже внутри него, где активно шел процесс варки хамсы в больших металлических емкостях. Отходы от всего этого попадают по забетонированному каналу в трубу, которая выходит в море на глубину, по словам директора, примерно до 50 метров.

Узнать, как работает другой рыбкомбинат на Маяке – "Сухумское рыбное хозяйство", нам не удалось. Нам отказали в комментарии и перенаправили к экологам, к которым мы и так собирались обратиться.

С точки зрения экологии

Заводы по переработке рыбы расположены также на Скурче, в Ачигуаре и два в Очамчыре. Работают с ноября по март, рассказал зампредседателя Госкомитета по экологии и охране природы Абхазии Мурман Соломко.

Основные требования ко всем этим предприятиям связаны с эффективностью работы очистных сооружений и количеству выброса в море биологических остатков, которых, по словам эколога, остается меньше 1% от общей массы продукции. Морской экосистеме, уверен Соломко, выбросы ничем не грозят. Напротив, ими питаются рыбы.

"Если вдруг произошла какая-то авария или утечка, мы останавливаем работу до устранения. Все эти заводы оснащены современными очистными сооружениями и соответствуют всем экологическим нормам, а запах этот возникает при разгрузке рыбы, может распространяться из самого цеха, где идет переработка. Сама рыбная мука тоже имеет запах. Это издержки производства. Разумеется, это доставляет людям дискомфорт", - отметил Соломко.

Выход из ситуации эколог видит только в переносе предприятий за городскую черту и отдалении их от населенных пунктов, на примере завода в селе Ачигуара, который расположен в лесу. Соломко предполагает, что существуют более современные методы модернизации для того, чтобы избежать неприятных запахов, но они слишком дорогостоящие.

 

 

В Абхазии началась путина и промысел основной рыбы – хамсы. Семь перерабатывающих предприятий Абхазии производят из нее рыбную муку и рыбий жир на экспорт. Однако экологи и общественники говорят о том, что необходимо организовать контроль за ловом, чтобы не допускать нарушений установленных правил и не причинять вред экологии Черного моря в абхазской акватории.

Путина в Абхазии официально стартовала 21 декабря 2018 года, а 27 декабря первые рыболовецкие сейнеры вышли в море. В Государственном комитете по экологии и охране природы экологи встретились с представителями Федерации спортивного рыболовства и охоты, это – общественная организация, активисты которой уже не раз поднимали вопросы охраны рыбных ресурсов. Речь шла о контроле над промыслом рыбы в Абхазии.

Каждый год, по данным российского Азово-Черноморского института рыбного хозяйства совместно с Институтом экологии Республики Абхазия, определяется ОДУ (объем допустимого улова) на несколько основных видов рыбы. В прошлом году квота на хамсу составляла 20 тысяч тонн, но выбрана не была из-за отсутствия рыбы. В нынешнем году ОДУ было увеличено до 27 тысяч тонн, и ситуация с хамсой намного лучше.

По оценке председателя Госкомитета по экологии Савелия Читанава, в этом году промысел идет успешно, объем уже добытой хамсы составляет 12,5 тысяч тонн, хотя лов ведется всего в течение месяца. В абхазской акватории в настоящее время работают 17 рыболовецких сейнеров и 25 транспортных судов, которые доставляют выловленную рыбу в порты, откуда ее забирают заводы. Отдельная квота выделяется российским судам и составляет 15% от допустимого улова. Савелий Читанава сказал:

«Россияне утверждают, что на абхазском побережье в акватории Черного моря идет перепромысел рыбы, идет подрыв популяции хамсы. Но логически это не подтверждается, потому что если бы такое имело место, то Азовско-Черноморский институт не мог бы по результатам анализа увеличить квоту на вылов хамсы. У нас работает штаб путины, мы и так ежегодно выполняем свои функции, предписанные нам по положению. Но в народе бытует мнение, что турецкие сейнера бесконтрольно вывозят рыбу, добывают какие-то ценные виды рыбы, а мы этого не видим, не замечаем, говорят, что всю живность уничтожили в море... Мы ведем контроль, и я хотел бы, чтобы вы были рядом с нами, чтобы мы вместе посмотрели на ситуацию. И, если есть какие-то нарушения, вместе попытались бы решить проблему и донести до народа, насколько это соответствует действительности».

У представителей Федерации спортивного рыболовства и охоты другая оценка ситуации. В Абхазии работают семь рыбоперерабатывающих заводов, пять из них – в Очамчырском районе, и два – в г. Сухуме. На такое количество заводов рыбы нет, уверены в руководстве федерации. Онери Сангулия сообщил следующее:

«Я разговаривал с заводчанами, я их просто спросил, какая рентабельность у ваших заводов? Они говорят, шесть-семь тысяч тонн. Если взять по минимуму шесть тысяч тонн, то шестью семь получается 42! Это элементарная математика. Значит, для того, чтобы они были рентабельными, им нужно давать квоту 42 тысячи тонн. Почему они сейчас при квоте 27 тысяч тонн работают? Все задают себе вопрос: они работают себе в убыток? Зачем им открываться, нанимать корабли? Им же надо деньги платить кораблям, за квоту государству, налоги, людей надо нанимать и им зарплату платить, значит, им все-таки выгодно? Значит, это не те цифры, которые нам называют реально. Или ситуация такая: они покупают квоту три тысячи тонн, а ловят реально больше?»

Федерация спортивного рыболовства и охоты базируется в Гагре и постоянно мониторит ситуацию. В прошлом и позапрошлом годах именно из Пицунды и Гагры шли громкие сигналы о нарушениях 500-метровой зоны, куда ни один рыболовецкий сейнер заходить не должен. Благодаря активистам федерации были закуплены специальные приборы, которые фиксируют вход сейнеров в эту зону, и 48 кораблей были оштрафованы. Правда, штрафы настолько смешные, что испугать никого не могут. Корабль можно оштрафовать за пересечение 500-метровой зоны на три тысячи рублей. Можно также арестовать у него улов и наложить более серьезный штраф, но поймать на незаконном лове нарушителей весьма проблематично.

О ситуации в Пицунде и Гагре Онери Сангулия рассказал следующее:

«Вы даже не имеете представления, что происходит в Пицунде, в Гагре, когда заходят к нам корабли. Там такая ругань идет! За последние две недели можно выйти на берег и увидеть сотни рыбаков, которые стоят пустые. Они ни одну рыбу еще не поймали, ее нет даже, чтобы просто на сковородку положить! Колючки нет, окуня нет, кефали нет, в этом году луфаря не было, пеламиды не было, нет ничего. Хамса – это кормовая база для многих видов рыбы, она приходит к нам на зимовку, вот сейчас рыба жирует. У нас проблема – лосось, который занесен в Красную Книгу, он остался только у нас на побережье Черного моря. Это так называемая проходная кумжа, ее уже в реках не стало. Вот мы три года проводим российско-абхазские соревнования. Мы уже около 15 тысяч полноценных рыб (форели) благодаря этим соревнованиям выпустили в реки. Шесть детских соревнований провели, воспитываем людей, приучаем их к тому, что пойманную рыбу надо отпустить. Это принцип спортивных соревнований».

Председатель федерации Альберт Бондаренко считает необходимым создать заказники для хамсы, которых в советское время было несколько в акватории Абхазии. Один из них был в зоне Пицунды и Гагры, и сейчас крайне необходимо его возобновить, чтобы сохранять и умножать популяцию хамсы. Решение этого вопроса возможно только через парламент.

Ситуация по вылову хамсы не отрегулирована на международном уровне, считает Савелий Читанава, нет договора по Черному морю, который бы определял правила вылова хамсы, нет мониторинга и реальных оценок численности и состояния популяции хамсы. Он согласен с тем, что нужно создавать заказники.

Мурман Соломко, первый заместитель председателя Госкомитета по экологии и охране природы, уточнил:

«В позапрошлом году было выловлено 55 тысяч тонн, и больше такого у нас не было, с тех пор все идет по нисходящей. В 2014-2015 году рыба была, в 2015-2016-м рыбы вообще не было, в 2016-2017-м рыба чуть-чуть пришла, и вот в 2018-2019 году рыба появилась. Дело в том, что мы не имеем никакой связи ни с Турцией, ни с нашими грузинскими соседями. Когда рыба есть, они ни с чем не считаются, никаких квот у них нет, у них временной подход. Рыбная путина началась, дается, скажем, месяц, и за это время хоть двести кораблей могут прийти, наловить и уйти. А турки ловят еще больше, до 200 тысяч тонн».

Мурман Соломко уверен, что улов рыбы не скрыть, потому что на каждом сейнере есть судовой журнал, в который капитан вносит данные, и у кораблей есть трюмы с отметками, позволяющими определить примерное количество рыбы. Кроме этого, заводы оформляют свою продукцию при экспорте, а абхазская таможня фиксирует вывозимую продукцию. Но представители федерации не склонны доверять записям в корабельных журналах и данным таможни.

Экологи пригласили представителей Федерации спортивного рыболовства и охоты и журналистов участвовать в рейдах, которые организуются при содействии российских пограничников. Все согласились.

Елена Заводская

Эхо Кавказа

 

О том, почему жители Гала устроили стихийный пикет у здания районной администрации, зачем галцам нужна открытая граница, и на какой статус они могут рассчитывать на территории Абхазии, читайте в интервью Sputnik с главой района Тимуром Надарая.

Сария Кварацхелия, Sputnik

— На уходящей неделе около 30 жителей Гала собрались у здания районной администрации. Стояли два вопроса: закрытие границы с Грузией и получение вида на жительство. Как все разрешилось?

— Граница сейчас закрыта, чтобы свиной грипп, который вспыхнул в Грузии, не проник в Абхазию и чтобы жители Абхазии, в том числе и Гала, не заболели. Вот уже две недели, как действуют ограничения. Такая мера принята впервые за 20 лет. Раньше бывало на два-три дня закрывали границу, но не более. Жители требовали открыть границу. С одной стороны, их можно понять. Многие ездят туда по разным причинам: кто-то лечиться, кто-то покупать лекарства, потому что там они стоят дешевле, а кто-то получать социальные выплаты. Для многих галцев это было привычным образом жизни, и закрытие границы их возмутило. Мы их понимаем. Подумайте, как было бы, если на время закрыли границу с Россией? У многих из нас возникло бы такое же чувство недовольства, как и у галцев. Но по информации медиков, сейчас в Грузии заболевание идет на спад. Возможно, вскоре наши специалисты скажут, что уже можно снять ограничения. Поэтому я призываю всех к терпению и пониманию. Такие меры приняты для защиты наших жителей от вируса гриппа H1N1.

Второй вопрос – получение гражданства Абхазии. Хочу отметить, что в Галском районе особое положение. Но уже некоторые начинают готовиться к выборам, и они используют простых жителей Галского района в своих политических целях. Это очень цинично использовать галцев в своих политических целях. Их статус уже определен законом. Я тоже был в оппозиции в свое время, но никто из нас не призывал галцев митинговать против властей.

Раз мы разрешили им вернуться сюда, то мы должны оказывать им социальную поддержку. Тогда это население постепенно будет ориентироваться на Абхазию и процесс их интеграции пойдет быстрее.

— В мае 2016 года в Абхазии началась замена старых паспортов на новые. Но в Галском районе это не обновление документов, а фактически новая волна паспортизации. Расскажите, пожалуйста, как проходит этот процесс.

— Сейчас в республике идет замена паспортов граждан Абхазии, это новая волна по всей стране. Мы знаем процессы, которые предшествовали этому – события мая 2014 года, когда были выявлены массовые нарушения в ходе паспортизации, которая проходила с 2005 года. Это привело к политическому кризису. И вот, с 2016 года в Абхазии идет паспортизация. Можно сказать, мы уже подходим к финишу. По данным МВД, более 100 тысяч получили паспорт гражданина Абхазии нового образца. Согласно указу президента, с 1 января паспорт старого образца на территории Абхазии не действует. Недавно срок действия паспорта был продлен на два месяца, но это было сделано для перерегистрации пенсионеров. Для всех остальных жителей Абхазии старый паспорт не функционирует.

В Галском районе из-за того, что многие имеют грузинское гражданство, в основном получают вид на жительство. Процесс выдачи вида на жительство идет уже полтора года. За это время, по данным паспортного стола, более 12 тысяч жителей Галского района обратились за получением вида на жительство. Но получили документ около половины. Это связано с тем, что по закону вид на жительство могут получать жители Галского района, которые родились на территории Абхазской АССР.

— То есть получается, что те жители Гала, которые родились, скажем в Грузии, не могут получить вид на жительство?

— Не обязательно на территории Грузии, они могли родиться и в другой республике СССР. Мы плохо представляли, какие миграционные вопросы происходили во времена СССР. В свое время руководство Грузинской ССР делало все, чтобы грузины массово переселялись в Абхазию. Чуть ли не каждый четвертый житель Галского района не родился на территории Галского района. Он либо переехал из Грузии или других республик СССР.

— Как можно решить проблему тех жителей района, которым не выдается вид на жительство? Что им предлагается?

— Пути решения этой проблемы найдены. Сегодня жителям Абхазии одновременно нельзя иметь абхазский паспорт и паспорт другого иностранного государства, в том числе и грузинский. Исключение – только Россия, потому что она признала независимость Абхазии и более того – выступает гарантом суверенитета нашей республики. Вполне логично, что закон позволяет одновременно быть гражданином Абхазии и России. Это политическое решение.

Что касается жителей Галского района, конечно, мы должны были понять, что это люди, которые вернулись в Абхазию после Отечественной войны народа Абхазии. Но из-за того, что в районе шла террористическое война, долгое время мы не могли контролировать район. В то же время граница фактически была открыта для перехода вброд или через пропускные пункты. Мы не могли контролировать границу. Естественно люди переходили на сторону Грузии. Грузия же считает своими гражданами не только жителей Галского района, но и всей Абхазии. Она считает нашу республику не свободным, независимым государством, а оккупированной территорией. Конечно, после войны люди нуждались, они искали, где получить пособия, пенсию. А в Грузии без гражданства грузинского никому не выдадут ни пенсию, ни социальные выплаты, не окажут медицинскую помощь. Когда люди обращались, им сразу же оформляли гражданство. Естественно Абхазия такую социальную помощь не могла предоставить ни галцам, ни другим своим гражданам. И сегодня в Грузии пенсия выше, чем в Абхазии. Ничего удивительного, что люди, считающие себя грузинами, получили грузинское гражданство. Но как нам быть в этой ситуации? Правительство приняло решение: раз мы разрешили беженцам вернуться в Галский район, то мы ответственны за их интеграцию в общеабхазское пространство. Не имея абхазского гражданства, они не должны лишаться социальной поддержки. Поэтому мы выдаем вид на жительство, который имеет высокий уровень. Он дает все права, кроме права на голосование и права на приобретение недвижимости. И из-за того, что эти люди ограничены в избирательных правах и являются гражданами иностранного государства или лицами без гражданства, сегодня мы не призывам их на службу в абхазскую армию и ждем от законодателей закона об альтернативной службе.

Среди галцев есть граждане Грузии и лица без гражданства. Лиц без гражданства, по нашим приблизительным подсчетам, не более 600-800 человек. Это те, кто не является гражданином Грузии, но в 14-15 лет не смогли получить абхазское гражданство из-за того, что хотя бы один из родителей не имел абхазское гражданство. Такие люди получают вид на жительство. Лицам без гражданства, имеющим вид на жительство, через пять лет легче получить гражданство Абхазии, потому что они не обременены гражданством другой страны. Но для этого они должны сдать экзамен на знание конституции и абхазского языка.

Есть третья категория, которые не могут получить вид на жительство. Главное условие – проживание на территории Абхазии более 10 лет, но у этой категории такого нет. Они уехали за пределы Абхазии и появились здесь менее 10 лет назад. Есть и другие случаи, когда родители живут в Гале, а человек-родственник приезжает сюда по визе, скажем к родителям, тогда он может получить разрешение на проживание. Разрешение действует два года. Через два года можно либо обратиться за видом на жительство, либо покинуть территорию. Это касается не только граждан Грузии, но и граждан других стран. Также и россиян, которые более трех месяцев собираются жить в Абхазии. Законодатель сегодня дал нам возможность регулировать все эти процессы. Конечно, не бывает без исключений.

— А можете привести конкретные примеры?

— Многие спрашивают на счет детей, которые родились уже после 1999 года, и которым в этом году исполняется по 20 лет. Нам говорят: "Они родились в Абхазии после войны, в независимом государстве, они не имеют грузинское гражданство. Почему вы не даете им абхазский паспорт?". В законе "О гражданстве" четко говорится, для того, чтобы человек получил абхазское гражданство, один из его родителей должен иметь гражданство. Но здесь таких случаев очень мало. Взрослое население из-за каких-то пособий давно оформили грузинский паспорт и их дети для Абхазии выходят лицами без гражданства и они могут рассчитывать на вид на жительство и через пять лет получить гражданство Абхазии, если выдержат экзамен по Конституции и абхазскому языку. Самое сложное зачастую – знание абхазского языка, но некоторые учат и неплохо знают абхазский.

— Что касается самурзаканских абхазов. Как решается их вопрос?

— Есть в нашем районе и категория, которая имеют абхазские фамилии: Тарбая, Зухбая, Эзугбая и так далее. Это этнические абхазы, которые подверглись ассимиляции. Сегодня они имеют грузинские паспорта советского образца и свидетельства, в которых они записаны, как грузины. В этой ситуации я хочу особо подчеркнуть: Абхазия в отношении них не проводит никаких принуждающих мер к насильственному изменению фамилии. Так поступала Грузия во времена Сталина. Мы это осуждаем и не можем повторить то же самое. Если человек себя идентифицирует грузином, то он имеет на это право. Если у него есть гражданство Грузии, то он получает вид на жительство. Но, если человек хочет изменить национальность и вернуть историческую фамилию, то у него есть такая возможность. Для этого нужно обратиться к комиссию по гражданству при президенте. Но здесь тоже возникает другая проблема: у него все еще остается грузинское гражданство.

— Как с этим быть?

— В законе "О гражданстве" говорится, что где бы абхазы ни родились, где бы они ни находились и чьими бы гражданами ни являлись, в случае их желания, Абхазия считает их гражданами своей страны. Такое решение было принято из-за того, что после Кавказской войны сотни тысяч абхазов вынуждены были переселиться в Турцию, и сегодня они живут во многих странах мира. Поэтому Абхазия дала всем абхазам такое преимущество. В том числе есть батумские абхазы, которые приезжали и получали абхазское гражданство. Так что самурзаканских абхазов мы считаем махаджирами на своей родине, которые подверглись массированной насильственной ассимиляции со стороны Грузии. И если они желают вернуть свою национальность добровольно, то получают гражданство Абхазии.

Но есть категория лиц, которых мы не хотим вспоминать, но уже ответственным политикам приходится об этом говорить. Эти люди не были махаджирами, никаких проблем у них не было. Но из-за политики пряника, которую проводит Грузия сегодня выезжают в Грузию для получения гражданства этой страны, пользуются там социальными льготами. Это не только больные, есть и те, кто оформляют гражданство для получения кредита по более простой схеме. Затем на Женевских дискуссиях вытаскивают эти факты и говорят мировому сообществу: "Видите, абхазы и грузины, хотят жить в дружбе, но этому Россия мешает, она оккупировала Абхазию, иначе мы жили бы в едином государстве". Не зря Грузия проводит такую политику "обласкивания" жителей Абхазии. Когда не получилось завоевать абхазский народ пушками, они решили завоевать нас подкупом. Грузия, если своих граждан лечит на 70 тысяч рублей, то граждан Абхазии абхазской национальности – на все 450 тысяч рублей в год. И когда возмущенные грузины спрашивают у своего правительства, почему такая несправедливость происходит, им отвечают: "Не вмешивайтесь. Это политика". Те абхазы, которые ездят туда и берут гражданство для кредитов и других социальных льгот, фактически предают собственный народ, получая гражданство Грузии. Этот вопрос уже серьезно встал у нас. Надеюсь, что законодатель вернется к этой проблеме и абхазов, у которых найдется гражданство Грузии, лишат права голоса. В скорейшее время необходимо наложить запрет лицам абхазской национальности пересекать государственную границу с Грузией. Тем более что в Абхазии идет выдача российских медполисов.

— А как вообще можно вычислить наличие грузинского гражданства? Ведь между нашими странами нет дипломатических отношений.

— Служба государственной безопасности Абхазии обладает базой данных всех граждан Грузии.

 

Сегодня в Сухуме состоялась пресс-конференция главы администрации Ткуарчальского района Аида Чачхалия, которая рассказала об итогах работы района в 2018 году, основных планах и проблемах.

Ткуарчальский район – самый молодой в Абхазии, он был создан в 1994 году, когда к шахтерскому городу Ткуарчалу присоединили часть сел, ранее входивших в Очамчырский и Гальский районы. А сам Ткуарчал тоже возник не так уж давно, когда в первые советские пятилетки его построили чуть севернее одноименного села для освоения тамошнего угольного месторождения. В советской прессе его гордо именовали «индустриальным центром Абхазии». Амплитуда его развития в последний век была очень крута – из небытия резко вверх и в результате грузино-абхазской войны и послевоенной разрухи резко вниз, к самому, пожалуй, депрессивному региону республики.

Аида Чачхалия не могла не признать:

«Ткуарчальский, как и многие другие районы, сегодня существует за счет дотаций центра. Собственные доходы нашего района в прошлом году должны были составить 28 миллионов рублей, из них мы собрали 27,5 миллиона. В этом году наши доходы уменьшились, они будут составлять 20 миллионов; соответственно, увеличились дотации. Без них пока наш район выжить не может.

В 2018 году собранные налоги, сказала она, составили 95% от плановых показателей, а в 2017 году – 85%. И добавила: «Средства из доходной части бюджета мы направили на улучшение социального положения населения, в частности, малоимущих семей. В бюджете на текущий год запланировано потратить 600 тысяч рублей на закупку лекарств в больницу для оказания первой помощи пациентам, а также, при необходимости, на перевозку больных за пределы района».

Многие годы после Отечественной войны народа Абхазии главным бюджетообразующим предприятием города и района была фирма, которая поначалу называлась «Тамсаш». Она добывала каменный уголь открытым способом и вывозила его через Очамчырский порт в Турцию. Но уже больше года, как она практически свернула работу. На вопрос о ней Аида Чачхалия ответила:

«Ну, какие перспективы именно у этой фирмы, я сказать не могу, потому что, насколько мне известно, на сегодняшний день инвестор там оказался банкротом. Да, все эти годы, все последние десять и более лет Ткуарчал существовал за счет нее... Сперва это была турецкая фирма, далее она была преобразована в фирму «Ткуарчалуголь». Но, к сожалению, в силу разных причин фирма остановила свою работу. Сегодня мы пока можем говорить только «остановила», потому что… там сейчас все же работают люди, их мало, всего девять человек, но пока работают. Будем надеяться... Мы ждем инвесторов буквально на днях. Завтра они вылетают. Это донецкая фирма. Уже составлена, насколько мне известно, проектно-сметная документация, и они будут вести работы на шахте №6. Подземным способом».

Журналисты поинтересовались перспективами добычи в районе доломита и нефти, оговорив при этом, что в Абхазии немало противников этого из экологических соображений. Глава администрации района отметила:

«Да, к счастью, наш район богат подземными ископаемыми. Фирма «Недра- Ресурс» – это российско-абхазская фирма – занялась в 2016 году разработкой доломита в нашем городе. Однако после того, как они провели ряд работ, инвестору не понравилось качество доломита, хотя в советские времена, насколько я знаю, наш доломит был конкурентоспособным. Что касается вашего второго вопроса – по добыче нефти, то на основании постановления кабинета министров, принятого в 2014 году, нам было поручено заключить договор с компанией «Апсны-ойл» в лице гендиректора Ашуба Камы Владимировны, где нам поручалось отдать в аренду земельный участок площадью 1,4 гектара в селе Окум. Там речь идет о геологической разведке. Все остальные вопросы – это уже не вопросы нашей компетенции».

По словам Чачхалия, в райцентре практически решена проблема с водоснабжением. «Более 25 лет водозаборная станция не функционировала, но сейчас она восстановлена. Единственной проблемой остаются старые трубы, которые нужно заменить» – сказала она.

Аида Чачхалия сообщила о планах на текущий год:

«Необходимо завершить ремонт и ввести в эксплуатацию в четвертом квартале центральную районную больницу. Все работы ведутся в соответствии с графиком. В планах – завершение строительства рынка, асфальтирование дороги. Кроме того, в селе Кындыг Очамчырского района на балансе Ткуарчальского района числится бывший пионерский лагерь. «И мы нашли инвестора, который планирует его отстроить, тем самым обеспечив рабочими местами жителей Ткуарчальского района».

Говоря о развитии туризма, она отметила:

«Туристический поток увеличился благодаря работе частных предпринимателей и туроператоров, в частности, организованы туры на наши радоновые горячие источники, но доход в бюджет района от этого пока не поступал, идет «раскрутка» объекта».

Когда Чачхалия спросили о ее отношении к замыслу построить в городе впервые в его истории православный храм, она сказала:

«Сама к этой идее отношусь положительно. Вообще, идея строительства храма принадлежит ткурчальцам. Ткуарчальцы хотят иметь в своем городе храм. Инициативная группа граждан обратилась к Беслану Борисовичу Шакая. Это меценат, который хорошо известен в Абхазии. И вот у него родилась идея поддержать это и построить храм в городе Ткуарчал. Ну, когда мы говорим «построить храм» – это не означает «сегодня», «завтра». Это не так легко – собрать деньги и так далее... Но процесс пошел, как говорится. Был заложен камень – еще в 2013 году, если не ошибаюсь. Но на этом месте оказался оползневой участок, и поэтому отец Виссарион обратился к нам, чтобы выделили другое место под строительство храма. Это напротив парка Славы, там проведены геологические исследования. Вопросов по геологии нет, все документы подготовлены. Был проведен телемарафон. В день его проведения было собрано, правда, небольшое количество денег – около миллиона рублей. Но на сегодня пять миллионов собрано. Ждем благословения отца Виссариона».

Виталий Шария

Эхо Кавказа

 

Яндекс.Метрика