Аквафон Роутеры
Аквафон Красивый номер
Онлайн платежи
Аквафон ЦО
Приложение
Аквафон Апра
Домашний интернет за бонусы
Роуминг (супер роуминг)
Конструктор
Безлимитный интернет
Previous Next Play Pause

Апсадгьыл-инфо, 21 октября 2020 г. Главный редактор газеты «Чегемская правда» Инал Хашиг прокомментировал идею председателя Ассоциации женщин Нателлы Акаба о создании в Абхазии территорий опережающего развития и строительстве апартаментов.

Он отмечает, что самая главная проблема нашего общества – это то, что мы не умеем слушать друг друга.

«Даже если не хватает соответствующих специализированных знаний и опыта, наша «правда» всегда истина в последней инстанции. А тот, кто не согласен либо дурак, либо предатель.Я, к примеру, тоже не очень воспринимаю идею Нателлы Акаба поводу снятия запрета на продажу недвижимости иностранцам. Однако это не означает, что моя позиция – это именно та, что соответствует национальным интересам, а взгляд на проблему одного из старейших абхазских политиков есть ничто иное, как предательство», - пишет Инал Хашиг.

Как отмечает журналист, национальный интерес - это сделать абхазское государство экономически развитым, с современной системой образования и медицины, где каждый ее гражданин чувствовал бы себя защищенным как от внешнего врага, так и от криминала и чиновничьего произвола.

Нателла Акаба: необходимо изучить вопрос строительства апартаментов и создания территорий развития в Абхазии Нателла Акаба: необходимо изучить вопрос строительства апартаментов и создания территорий развития в Абхазии
«Возможно по количеству супер патриотов на один квадратный метр мы впереди планеты всей, однако, вот эта безмерная любовь к Родине, увы, никак не отразилась в положительном значении ни на качестве жизни наших граждан, ни на силе абхазского государства.

А все потому, что любую попытку, что-либо предложить и изменить в этой стране, без всякого анализа, сразу же воспринимаем в штыки.

Я, честно, не знаю, насколько полезна для Абхазии то, что предлагает Нателла Акаба. Но уверен - до тех пор, пока в образной дискуссии Энгельса с Каутским, нам будет оказываться ближе «экспертная» позиция Шарикова, никакого благополучного будущего Абхазию не ждет», - считает редактор «Чегемской правды».

 

Масштабный кризис в экономике Абхазии усиливается, республику ждут еще более непростые времена, чем до сих пор. Властям придется решиться на непопулярные реформы. В первую очередь, речь должна идти о сокращении огромного бюрократического аппарата.

Кризис во всех сферах в Абхазии приобрел уже хронический характер. К этому местные жители уже привыкли, почти как к традиционной чашке утреннего кофе. Но тут еще и пандемия.

Закрытые границы, ноль туристов и туманные перспективы. Ситуация, когда не знаешь, что выбрать:

• открыть курортный сезон и заработать немного денег — но при этом похоронить всю систему здравоохранения?

• или продолжить изоляцию от внешнего мира — голодными, но здоровыми?

«Денег нет»

Ничего хорошего не ожидается – зарплата бюджетникам за июнь и июль 2020 года будет идти с большим опозданием, уже сообщил премьер-министр Александр Анкваб.

Министр по налогам и сборам Даур Курмазия обреченно констатировал — резервов для пополнения бюджета больше нет.

Министр финансов Владимир Делба в той же прискорбной тональности спрогнозировал к концу года падение ВВП на 10 процентов и дыру в бюджете в два миллиарда рублей [около $430 млн].

Какие будут действия правительства, кроме как фиксировать безнадежную ситуацию, так никто и не сообщил. И уже давно пора заявить властям то, что вертится у всех на языке:

«Так жить нельзя».

Что не так с экономикой в Абхазии

О каких радужных перспективах может идти речь, если весь доход государственной казны идет на содержание работников бюджетной сферы? А половину из них составляет бюрократический аппарат, не способный что-либо путное сделать.

Бизнес просто не в состоянии содержать такую толпу чиновников.

Соотношение работающих в реальном секторе экономики и госаппарате один к четырем, а если сюда прибавить и пенсионеров, то и вовсе один к семи.

Если бы в феодализме количество помещиков было в разы больше, чем крестьян — этот строй и года не просуществовал бы. Несмотря на всю ущербность, там хотя бы были заложены элементарные законы экономики.

Но в современной Абхазии смена власти происходит посредством штурма президентского дворца. Возможно, поэтому законы экономики никто тут в расчет не берет. У власти есть уже выработанный на генетическом уровне страх перед непопулярными мерами.

Поговорить о реформах, продолжать мечтать и ничего не делать – с этим проблем нет. Но вот сделать что-то реальное – на это способностей и смелости не хватает.

Абхазская власть боится последствий любых своих действий.

А между тем именно из-за ее бездействия экономика оказалась в коллапсе.

Что надо сделать?

Пора уже президенту и правительству открыто сказать — бюджет не в состоянии содержать столь громоздкий по своим контурам и столь неэффективный по содержанию бюрократический аппарат.

Необходимы значительные (не на бумаге, а на деле) сокращения. Тем более, что лучшего момента для столь непопулярного действия может и не появиться.

Во-первых, пандемия и ее последствия изначально освободили электорат от благостных ожиданий.

Во-вторых, власть в Абхазии совсем новая, и что бы она сейчас ни сделала — ее свергать не будут. Определенный срок на раскачку обычно дается каждому абхазскому президенту, в это время даже злые и недовольные оппоненты не подходят к президентскому дворцу.

В-третьих, на улице лето, Абхазия живет в субтропиках, с голоду точно народ не умрет. Хуже, чем в 1990-е, точно не будет.

После грузино-абхазской войны (1992-1993 годы) шесть лет Абхазия сидела в жесткой блокаде, в том числе и со стороны России. Мужчины от 18 до 60 лет не могли легально попасть в соседний российский Адлер — а чуть ли не единственным доходом для людей тогда была возможность продать там мандарины.

Оттягивать ситуацию – себе дороже. К следующему году, может, мир и решит что-то с коронавирусом, но для Абхазии передышки точно не будет.

Впереди другое испытание — как минимум на четыре месяца встанет на ремонт единственная электростанция, питающая Абхазию — ИнгурГЭС.

Платить за потребляемую во время простоя ГЭС энергию, которую будет поставлять Россия, республика будет по российским тарифам. А они, как известно, почти в десять раз выше абхазских.

Москва потом спишет эти деньги с той финансовой помощи, что получает ежегодно Абхазия.

В начале 2020 года ИнгурГЭС встала всего на пару недель — а чек был примерно на 500 миллионов рублей [около $7,24 млн].

Сумма за четыре месяца может оказаться больше всего ежегодного транша, получаемого Абхазией из Москвы. Последствия пандемии для республики, по сравнению с длительным простоем Ингур ГЭС, покажутся цветочками.

Так что абхазской власти надо честно признаться перед своим народом, что дальше так жить нельзя.

Инал Хашиг

https://jam-news.net/ru/

Другого момента, кроме как сейчас, пойти власти на непопулярные меры, может и не быть.

Абхазскую экономику ждут непростые времена. Она и раньше на ладан дышала, вследствие чего масштабный кризис во всех сферах приобрел хронический характер, и к этому абхазы уже давно привыкли, почти как к традиционной чашке утреннего кофе, а тут еще пандемия. Закрытые границы, ноль туристов и туманные перспективы. Это когда не знаешь, что лучше: открыть курортный сезон и заработать немного денег, и при этом похоронить всю систему здравоохранения страны, или продолжить изоляцию от внешнего мира голодными, но здоровыми.

Премьер-министр Александр Анкваб уже сообщил, что ничего хорошего не ожидается – зарплата бюджетникам за июнь и июль будет идти с большим опозданием.

Министр по налогам и сборам Даур Курмазия обреченно констатировал: резервов для пополнения бюджета больше нет.

Министр финансов Владимир Делба в той же прискорбной тональности спрогнозировал к концу года падение ВВП на 10%, и дыру в бюджете в два миллиарда рублей.

Какие будут действия правительства, кроме как фиксировать «безнадегу» никто не слышал. Хотя по логике вещей в самый раз вслед за «А» произнести букву «Б». То есть, заявить властям то, что давно уже вертится на языке: «Так жить нельзя».

Ну и вправду, о каких радужных перспективах может идти речь, если весь доход государственной казны идет на содержание работников бюджетной сферы, из которых половину составляет не способный что-либо путное для страны и граждан сделать бюрократический аппарат?

Бизнес просто не в состоянии содержать такую толпу чиновников. Соотношение работающих в реальном секторе экономики и госаппарате один к четырем, а если сюда прибавить и пенсионеров, то и вовсе один к семи.

Если бы в феодализме количество помещиков было в разы больше чем крепостных крестьян, этот строй и года не просуществовал бы. Несмотря на всю ущербность бытия, там хотя бы были заложены элементарные законы экономики.

Но в современной Абхазии, где посредством штурма президентского дворца периодически происходит пересменка власти, законы экономики никто в расчет не берет. Понимать – понимают, тут ведь Гарвард заканчивать не надо, но сделать ничего не могут. У власти есть уже выработанный на генетическом уровне страх на непопулярные меры. Поговорить о реформах, удариться в маниловщину – с этим проблем нет. Но вот сделать какое-то реальное действие – кишка тонка. Абхазская власть плоть от плоти по отношению к чеховскому «человеку в футляре». Мысль «Как бы чего не вышло» рефреном сопровождает ее.

А между тем уже «вышло». Экономика в коллапсе.

Так вот, пора уже президенту и правительству говорить «Б»: что государство не в состоянии содержать столь громоздкий по своим контурам, и столь не эффективный по содержанию, бюрократический аппарат. Необходимы значительные (не на бумаге, как у нас это уже происходило, а на деле) сокращения. Тем более лучшего момента для столь непопулярного действия может и не появиться.

Во-первых, пандемия и ее последствия изначально освободили электорат от благостных ожиданий.

Во-вторых, новой власти в Абхазии без году неделя, и чтобы она сейчас не сотворила, ее никто свергать не будет. Определенный лимит на раскачку, когда злые штурмовики близко не подходят к президентскому дворцу, с пониманием дается каждому абхазскому президенту.

В-третьих, на улице лето, к тому же, слава Богу, живем в субтропиках, с голоду точно народ не умрет. Тем более, уже проверено временем. Хуже чем в девяностые точно не будет. После грузино-абхазской войны шесть лет Абхазия сидела в жесткой блокаде, в том числе и от России. Это когда мужчины от 18 до 60 лет не могли легально попасть в соседний Адлер, а чуть ли не единственным доходом для страны была торговля мандаринами.

Оттягивать ситуацию – себе дороже. К следующему году может мир и решит что-то с коронавирусом, но для Абхазии передышки точно не будет. Как минимум на четыре месяца встанет на ремонт единственная электростанция питающая Абхазию - ИнгурГЭС. Платить за потребляемую во время простоя ГЭС энергию, которую будет поставлять Россия, республика будет по российским тарифам. А они, как известно, почти в десять раз выше абхазских. Да, Москва ее спишет с той финансовой помощи, что получает ежегодно Абхазия. В этом году, когда станция встала на пару недель, чек был примерно на 500 миллионов. Сумма за четыре месяца может оказаться больше всего ежегодного транша получаемого Абхазии. Последствия для республики пандемии по сравнению с длительным простоем ИнгурГЭС, покажутся цветочками.

Так что абхазской власти надо честно признаться перед своим народом, что так жить нельзя. А еще рассказать – как можно.

Инал Хашиг

Чегемская правда

 

Почти полтора месяца прошло с того момента, как Аслан Бжания вступил в должность президента, и понятно, что ждать каких-либо видимых результатов от новой власти глупо и бессмысленно – слишком мало времени прошло.

Однако, этого времени слихвой хватило бы на озвучивание главой государства обещанной еще в выборный период программы полномасштабных реформ и формирование под этот план действий правительства.

Но до сих пор не то что четкого понимания, каким образом новая команда собирается проводить в стране преобразования, но даже ее расплывчатых контуров не видать.

Есть ощущение, что вся энергия незаметно растворилась в решении пресловутого кадрового вопроса.

До сих пор большинство министерских портфелей не нашло своих новых хозяев. А среди тех, кого все же назначили, в основном до боли знакомые лица: либо министры времен президентства Рауля Хаджимба, чьи полномочия как-то совсем неожиданно пролонгировали при его антагонисте Аслане Бжания; либо возвращенные из еще более далекого прошлого - времен президентства Александра Анкваб, который теперь, как известно, выступает в новой ипостаси – премьер-министра.

Новых лиц в правительстве, которых можно было бы назвать безоговорочными членами команды Аслана Бжания всего двое – министр внутренних дел Дмитрий Дбар и министр туризма Теймураз Хишба. И все. Такая ограниченность ресурса неизбежно наталкивает на мысль: а была ли вообще у Аслана Бжания команда реформаторов, о которой так громко и часто говорилось в период выборов?

Суровые реалии всестороннего кризиса, в который планомерно скатывалась Абхазия как минимум последние десять лет, нынче не запланировано утяжеленные охватившей весь мир пандемией, похоже действительно вогнали новую власть в системный ступор. Делать резкие движения в виде непопулярных мер при отсутствии какой-либо финансовой «подушки» ей явно боязно. Прослеживается тенденция оставить все как есть, а там действовать по ситуации.

По крайней мере, утвержденная структура правительства, по степени своей громоздкости не уступающая своим предыдущим аналогам (на содержание этого бюрократического аппарата вкупе с пенсиями сейчас уходит весь без остатка нынешний доход государственного бюджета), лишь подтверждают избранную тактику. Но такое поведение в абхазских условиях способно лишь усугубить кризис, а не решить проблемы, что делает позиции новоиспеченной власти уже сейчас крайне не устойчивыми.

Даже при том, что после выборов новая оппозиция еще не сформировалась, привести к президентскому дворцу недовольные массы, может кто угодно и под любой повод. Тем более этот повод и так уже лежит на поверхности,дожидаясь своего часа – в связи с карантином резкого ухудшения уровня жизни населения не избежать.

Курортный сезон, от которого традиционно кормится основная часть населения, в этом году либо вообще не состоится, либо пройдет в крайне усеченном виде. Но даже если сезон хоть ненадолго заглянет в Абхазию, «дивиденды» от него могут оказаться неподъемным грузом для местной системы здравоохранения. Даже к гадалке не ходи, с российскими туристами в обязательном порядке в страну въедет большая «порция» коронавируса, от которого республику весь этот период уберегала закрытая граница.

Тезис «Россия нам поможет» тоже весьма наивен в качестве антикризисной меры по нескольким причинам: Кремлю в условиях экономического кризиса сейчас явно не до Абхазии, ему бы со своими регионами справиться. В связи с чем больших денег Сухуму по любому не придется ждать. Но даже, если вдруг финансовая помощь Абхазии будет достаточно увесистой, при тех существующих схемах по распилу, которые отрабатывались годами, ощутить пользу от нее смогут разве что причастные к ее освоению чиновники и близкий к власти бизнес.

При существующей тенденции новый кризис в любом варианте неизбежен. Но в отличие от предыдущих его последствия будут более разрушительными, чем то к чему политическая система давно привыкла – досрочной смены власти. Вкупе со свержением президента рухнет и вся система госуправления, ибо в той форме в которой она существует, прок от нее обществу приближен к нулю.

Преобразования Абхазии необходимы как воздух. Но, если вдруг Аслан Бжания после недолгой раскачки действительно возьмется за полномасштабные реформы (с резким сокращением госаппарата, жесткой борьбой с коррупцией и уличной преступностью, созданием конкурентной среды в экономике и т.д.) кризиса все равно не миновать. Слишком резкое изменение уклада жизни автоматически приведет к большому социальному напряжению в обществе со всеми вытекающими из этого не радужными перспективами.

Тем не менее, в любом случае реформаторский вариант вхождения в кризис лучше чем «застойный» вариант. Ибо в первом случае итогом кризиса станет развитие уже созданной, отвечающей современным реалиям системы управления. И это несомненно позитивно отразится на всех сферах жизнедеятельности государства - от экономики и безопасности до социальная сферы и системы образования.

Перспектива «застойного» варианта никакого оптимизма за собой не несет. В лучшем случае будет очередным этапом в системе перманентных кризисов, в худшем – новый кризис поставит жирный крест на абхазской государственности.

Инал Хашиг

https://chegem.su/

Аслан Бжания уже сегодня стал полноправным президентом Абхазии. Месяц назад именно лидеру оппозиции так последовательно, системно, и что немаловажно, убедительно критиковавшему власть Рауля Хаджимба абхазский избиратель доверил исправлять ситуацию - вытащить из тупика утонувшую в хроническом кризисе с наличием целого букета болезней страну.

Оставим в стороне выборные обещания, ибо лишь наивный может не замечать ритуальность их природы – накопленный институтом президентства в Абхазии багаж лишь констатирует, что слова зачастую не подтверждены дальнейшими действиями. Может именно поэтому страна слишком часто выбирает себе нового руководителя.

Впрочем, несмотря на то, что выборные программы давно стали ничем не обязывающим сводом благих пожеланий, наверняка у Аслана Бжания в момент избрания был свой реальный план действий с которым возможно был ознакомлен лишь ближний круг. А может он и вовсе решил ни в план, ни в стратегию с тактикой никого преждевременно не посвящать.

Тем не менее, план был. Именно был, потому что теперь надо либо срочно его переписывать, либо вовсе списать в утиль. Ведь Абхазия, после того, как мир захватила пандемия коронавируса, стала другой.

Пока шли выборы этой проблемы для кандидатов в президенты как бы не существовало: «Ну, подумаешь, в Китае карантин ввели. Пока до нас этот вирус дойдет, мир с этой напастью справится». Ошиблись. Мир не справился, и даже когда это сделает, разгребать последствия пандемии будет очень долго.

Хотя в Абхазию коронавирус заглянул по минимуму – до сих пор всего три зафиксированных случая – тем не менее, экономический ущерб уже нанес колоссальный. Границы закрыты, туристов, а это основной источник доходов, нет. Производства и оказывающие услуги предприятия стоят.

Никогда еще бюджет Абхазии не испытывал таких катаклизмов. Доходы на нуле, одни расходы. Чем выплачивать зарплаты бюджетникам и пенсии никто не знает.

Народ нищает на глазах. Единственная очередь, которую можно было наблюдать за день до инаугурации президента – очередь в ломбард.

Палочка-выручалочка в лице России тоже наверняка даст сбой. Когда цены на нефть ушли в глубокий аут ей бы со своими проблемами справиться.

Так что Абхазии придется научиться рассчитывать в этот сложный период только на себя.

Даже если к лету эпидемия пойдет на спад, и Абхазия под нажимом тяжелых экономических обстоятельств вновь откроет свою границу для российских туристов, легче не станет. Ибо вероятность, что с туристом в республику массово зайдет коронавирус, почти стопроцентная. О способности системы здравоохранения справиться с этой проблемой даже гадать не хочется. Она просто рухнет.

Аслану Бжания не позавидуешь. Кругом одни капканы. Неисполнимый бюджет, нищающий народ параллельно с ростом безработицы и перспективой всплеска криминогенной ситуации.

Тыл, тоже не ахти какой. Окружение по старинке будет настойчиво требовать «хлебных» мест и других привилегий, «а иначе, зачем мы тебя поддерживали?».

Все чего-то будут требовать. А ресурсов ноль.

Ситуация, когда власть воспринималась «огородом», а чиновник залезшим туда «козлом», закончилась. И теперь, чтобы исправить ситуацию власть должна стать ношей, повинностью. А олицетворяющий эту систему управления президент стать камикадзе, человеком, жертвующим собой ради благополучия своих граждан и государства.

А иначе повторения истории свержения своего предшественника Рауля Хаджимба Аслану Бжания не избежать.

Инал Хашиг

Чегемская правда

 

Страница 1 из 2