Аквафон Роутеры
Аквафон Красивый номер
Онлайн платежи
Аквафон ЦО
Приложение
Аквафон Апра
Домашний интернет за бонусы
Роуминг (супер роуминг)
Конструктор
Безлимитный интернет
Previous Next Play Pause

Сегодня утром мне пришло в голову продолжение известной поговорки «От сумы и от тюрьмы не зарекайся» – «И от перехода границы на Псоу в пиковое время – тоже». Дело в том, что, возвращаясь из пресс-тура в Москву в составе группы абхазских журналистов в конце июля и томясь вместе с ними на автомобильном переходе границы в Абхазию, я торжественно заявил коллегам, что до конца летнего курортного сезона, то есть месяца два, я точно в это пекло, в этот ад не сунусь. И вот поди ж ты: прошла всего пара недель – и возникла непредвиденная ситуация, сделавшая мой очередной вояж в Сочи безальтернативным.

Что ж, чему быть, того не миновать. И я, как и в репортаже на «Эхе Кавказа» 11 июля «На границе солнце светит жарко», решил, что хотя бы тогда использую эту поездку для знакомства нашей аудитории с самыми последними новостями с погранпоста «Псоу». Но прежде – ряд впечатлений других людей и мои комментарии к ним.

Несколько дней назад мое, и не только мое внимание привлек пост абхазского пользователя соцсети Facebook, отличием которого от других, привычных, было уже то, что автор как бы вел репортаж из совершенно конкретного места – из экскурсионного автобуса, «завязшего во времени» при переезде из России в Абхазию. Вот его текст с некоторыми несущественными сокращениями и незначительной редакторской правкой:

«Всем доброе утро, сейчас московское время 8.55. Я работаю экскурсоводом уже семь лет. Из них два года – на российско-абхазской границе. В интернете сегодня ведется много дискуссий и разговоров о том, что переход этой границы занимает очень много времени. Да, так оно и есть, переход занимает от часа до пяти, а то и больше. Люди, простоявшие здесь столько времени, уезжают из Абхазии со словами, что она им понравилась, но приезжать сюда больше не хотят из-за этой «каторги» на границе… Помимо экскурсионных автобусов, на границе стоят в больших очередях и легковые автомобили. И это большой минус для экономики страны. Порой дети и пожилые люди, не выдержав эту очередь, просто падают в обморок. Сейчас, глядя из своего автобуса, я вижу, что наша очередь практически не движется, как будто все умерло здесь. Кто изнемогает от жары, кто с испорченным настроением сидит злой в машине, кто-то даже вышел, играет в бадминтон в загороженной зоне. Одним словом – обстановка на границе ужасная. Здесь все строилось в расчете на тот поток, который был в 2011-2012 годах, но с тех пор он увеличился. Неделю или пару недель назад руководство страны вроде начало заниматься решением данного вопроса, прошли проверки на границе, с обеих сторон граница заработала при проверках хорошо. Но проверки шли два или три дня, и, как только они закончились, граница заработала в том же темпе, что был прежде. На часах уже 9.29, и я до сих пор стою на границе, а сюда я подъехал в 7.00. И, может быть, я ее перейду к 10.30. А за мной еще автобусов 25. В моем автобусе люди уже сильно возмущены, хотя они сидят под кондиционером, а есть здесь такие, кто под этим пеклом стоят на палящем солнце. И у меня убедительная просьба к руководству Абхазии повлиять любым образом на ситуацию на границе, как, допустим, это было во времена проверок. Это прошу не я один – этого просят все экскурсоводы, этого просят все люди, пытающиеся перейти границу».

Что касается потока пересекающих погранпост курортников и туристов, то, насколько помнится, он достиг своего максимума в 2016 году, а в следующем снизился процентов на тридцать; ждем теперь, каким будет в нынешнем, пока прогноз – на уровне прошлого. Справедливости ради надо сказать, что на пешеходном и автомобильном (для пассажиров) переходах «понаставили» за последние годы много дополнительных кабинок для сотрудников погранслужбы, проверяющих документы. На пассажирском их число выросло до 20. Правда, сперва многие из них пустовали, но спустя год-два удалось решить и проблему кадров, что, наконец, значительно повысило пропускную способность границы. По крайней мере, мне уже не доводилось больше сталкиваться с теми ужасами, которые были года три-четыре назад, когда, идя из Абхазии, надо было сперва становиться на солнцепеке в хвост очереди на абхазской половине моста через Псоу… А вот что происходит с экскурсионными автобусами, которые каждое утро заезжают на день в Абхазию из сочинского региона, не знаю. Там, видно, и впрямь дело совсем плохо. Неслучайно же совещание у президента Абхазии 26 июля, посвященное мерам по ускорению перехода гражданами поста «Псоу», состоялось после многочисленных жалоб, прежде всего, пассажиров экскурсионных автобусов. Я когда-то, во второй половине нулевых годов, проехался из Сочи в качестве экскурсанта по так называемому золотому кольцу Абхазии для подготовки газетного репортажа (в основном об уровне подготовки наших экскурсоводов), но тогда переход границы так не напрягал; автобусов было намного меньше.

Пополнило, безусловно, мои представления о ситуации на посту «Псоу» недельной давности интервью Антона Кривенюка на «Эхе Кавказа», в котором он рассказал о своих мытарствах при переходе с семьей через этот пост в Абхазию, после чего он написал жалобу в Генпрокуратуру России. В полночь мне этот пост переходить не приходилось (а если и приходилось, то это было очень давно и без проблем), и был крайне удивлен, когда узнал, что ему понадобилось на это около двух часов. Наверняка сыграло роль то, что многие кабинки в это время не работали, а народу вдруг подъехало много. Безобразие, конечно, что там проблемы с освещением. А требование пограничника разбудить заснувшего на руках у отца двухлетнего ребенка, чтобы спросить у него его имя, – это «что-то с чем-то». Кстати, не все дети в этом возрасте разговаривают.

Но я не согласен с Антоном, когда он противопоставляет «человеческое» отношение к пересекающим границу на автомобильном переходе и «хамское» на пешеходном, причем оговорившись, что последний не переходил уже немало лет. У меня богатый, чуть ли не ежемесячный на протяжении многих лет опыт перехода границы и там, и там, и могу с уверенностью сказать: ну, нет никакой разницы, пограничники, коих на посту работают десятки, могут попасться тебе самые разные в обоих коридорах.

И еще давайте не забывать, что дорога к скандалу обычно двусторонняя. Мне запомнился случай в ноябре прошлого года. Переходя из России в Абхазию в уже, можно сказать, «мертвый сезон» и в послеобеденное, непиковое время, я никак не ожидал, что застряну в очереди на 55 минут. Приближаясь к кабинке пограничника, все больше и больше закипал и собирался выплеснуть свое негодование на голову… Кому? Конечно же, ему, больше-то некому. Но пограничник так спокойно и с пониманием воспринял мои эмоции, так доходчиво объяснил, что столпотворение устроили «алкотуристы», толпами идущие закупать спиртное в магазин беспошлинной торговли (а запретить им это нельзя), что моя злость быстро испарилась.

Итак, сегодня я переходил границу в сторону России по пешеходному коридору в девятом часу утра, и заняло это минут 25. Передо мной стояло человек десять. Проверка моего паспорта заняла две с половиной минуты. В общем, в трехминутный норматив пограничник уложился.

А вот на обратном пути, во втором часу дня, пришлось понервничать (помимо прочего, спешил домой, чтобы успеть отправить этот репортаж). Дело в том, что дополнительных кабинок действительно понаставили, но размеры обоих залов не позволяли расположить их в один ряд. Многие, особенно те, кто переходят здесь границу впервые, становятся в очереди, которые сразу бросаются им в глаза, и те разрастаются до кошмарных размеров. Я, конечно, пошел искать кабинку во втором ряду, а там очередь к первой из них плотно закупорила подход к следующим. Стал в нее, но скоро понял, что там можно и час простоять, тем более что впереди было несколько детей, проверка документов у которых всегда затягивается. Решил все же пробраться к следующим кабинкам, а там в очередях стояло всего уже по 3-4 человека. В общем, на обратный переход мне понадобилось снова 25 минут. Слава богу, никакими странными вопросами о цели моей поездки в Абхазию на сей раз не одолевали (говорят, с подобными расспросами усердствуют, как правило, пограничники-новички): с начала этого года стараюсь переходить пост по абхазскому паспорту.

Виталий Шария

Эхо Кавказа

 

На мно­гос­то­рон­нем ав­то­мо­биль­ном пун­кте про­пус­ка "Ад­лер" сот­рудни­ки от­де­ла по борь­бе с кон­тра­бан­дой нар­ко­ти­ков (ОБКН) Со­чин­ской та­мож­ни, рас­по­ла­гая опе­ра­тив­ной ин­форма­ци­ей, ос­та­но­ви­ли ав­то­мо­биль TOYOTA PRADO.

Во­ди­тель на воп­рос о пе­ре­ме­ще­нии че­рез гра­ни­цу зап­ре­щён­ных ве­ществ от­ве­тил от­ри­ца­тель­но. В хо­де та­мо­жен­но­го дос­мотра в ма­ши­не был об­на­ру­жен тай­ник. Под пе­ред­ним пас­са­жир­ским си­день­ем под об­шивкой по­ла ма­ши­ны сот­рудни­ки та­мож­ни наш­ли свёр­ток квад­ратной фор­мы с твер­дым со­дер­жи­мым внут­ри.

Со­дер­жи­мое свёр­тка бы­ло нап­равле­но на фи­зи­ко-хи­ми­чес­кое ис­сле­до­ва­ние в ЭКО УВД по г. Со­чи ГУ МВД Рос­сии по Крас­но­дар­ско­му краю. Сог­ласно ито­гам эк­спер­ти­зы в сос­та­ве по­рош­ко­об­разно­го ве­щес­тва бы­ло вы­яв­ле­но нар­ко­ти­чес­кое средс­тво – про­из­водное эфед­ро­на. Мас­са ве­щес­тва сос­та­ви­ла 1,87 грам­ма, что яв­ля­ет­ся зна­чи­тель­ным раз­ме­ром нар­ко­ти­ка.

По дан­но­му фак­ту воз­бужде­но уго­лов­ное де­ло по п. «в» ч. 2 ст. 229.1 УК РФ «Не­за­кон­ное пе­ре­ме­ще­ние че­рез та­мо­жен­ную гра­ни­цу Е­АЭС нар­ко­ти­чес­ких средств, со­вер­шённое с сок­ры­ти­ем от та­мо­жен­но­го кон­тро­ля в зна­чи­тель­ном раз­ме­ре». Мак­си­маль­ное на­ка­за­ние, пре­дус­мотрен­ное за со­вер­ше­ние это­го прес­тупле­ния — ли­ше­ние сво­бо­ды на срок от 5 до 10 лет со штра­фом в раз­ме­ре до 1 млн. руб­лей.

http://efcate.com/

 

В пункте пропуска российско-абхазской границы таможенники конфисковали две партии незадекларированной галантереи. Товары на общую сумму более миллиона рублей оказались контрафактными.

По информации Вести Сочи в первом случае у женщины, следовавшей из России с двумя большими дорожными сумками, было изъято 34 сумки и 15 шарфов популярных брендов. Жительница Абхазии заявила, что приобрела их в Москве для себя, а также в подарки своим двоюродным сестрам. Необходимых документов на эти товары у нее не оказалось. Сочинской таможней возбуждено 4 дела об административных нарушениях в связи с недекларированием товаров и незаконным использованием чужого товарного знака.

В другом случае женщина пыталась перевезти на тачке в багаже «своим родственникам и знакомым в подарки» более 30 товаров (сумки, платки, кошельки) известных торговых марок. Документов, разрешающих использовать товарные знаки, у нее тоже не было. По данному факту сочинской таможней было возбуждено 3 дела об административном правонарушении. Предметы, содержащие незаконное воспроизведение товарного знака, подлежат обязательной конфискации и уничтожению, сообщили в пресс-службе ведомства.

Фото: пресс-служба Сочинской таможни

http://apsnylife.ru/

 

Фура с абхазскими номерами, груженая пустыми бутылками, вылетела с трассы Сочи – Адлер на железнодорожные пути.

Произошедшее днем 12 июля в Сочи дорожно-транспортное происшествие с участием груженой фуры, привело к задержке десяти поездов.

Водитель фуры Scania с государственными номерами Республики Абхазия, груженой стеклянными бутылками, выезжая на Курортный проспект со стороны Мацестинского тоннеля, находясь в зоне действия знака «Максимальное ограничение скорости 40 км/ч», в 14:40 не справился с управлением и при входе в поворот пробил дорожное ограждение.

Фура съехала на пролегающие уровнем ниже железнодорожные пути.

Автомобиль рухнул на рельсы, остановив движение на двухпутном участке перегона Хоста – Мацеста.

По счастливой случайности, в аварии никто не погиб, однако по некоторым данным, водитель фуры получил легкие травмы.

По данным пресс-службы СКЖД, до двух часов были задержаны поезда № 262 Адлер – Архангельск, № 545 Орск – Адлер, № 84 Адлер – Москва, № 680Адлер – Владикавказ, № 533 Москва – Адлер, № 461 Уфа-Адлер, а также пригородные поезда № 6526 Аэропорт – Сочи, № 6318 Имеретинский курорт – Сочи, № 6319 Сочи – Имеретинский курорт.

Понесла ущерб и инфраструктура федеральной дороги. В частности, из строя выведено 84 погонных метра металлического барьерного ограждения, три дорожных знака, один фонарный столб, повреждена боковая технологическая труба для прокладки кабеля (42 погонных метра).

На месте происшествия работали дорожные службы, полиция, скорая помощь, служба ЮРПСО МЧС России, железнодорожники подняли со станции Адлер восстановительный поезд.

К 16:45 удалось восстановить движение на двухпутном перегоне Хоста – Мацеста. Оно осуществляется по нечетному пути.

На месте происшествия продолжаются работы по устранению последствий ДТП и освобождению железнодорожного полотна от фрагментов грузового автомобиля. В связи с работой специальной техники было введено временное ограничение для автомобильного транспорта по одной из двух полос в одном направлении, сообщает пресс-служба Упрдор «Черноморье».

http://apsnylife.ru/

 

Не буду обманывать нашу аудиторию и утверждать, что сегодня утром я отправился на погранпункт «Псоу» специально для того, чтобы сверить личные впечатления о переходе российско-абхазской границы с теми наблюдениями и замечаниями, которые были озвучены вчера на заседании Совета Общественной палаты Республики Абхазия. Нет, конечно, мне надо было «смотаться» в Сочи по своим собственным делам, но каждое пересечение упомянутой границы, особенно в курортный сезон, естественным образом совмещается у любого журналиста с зондажом «пограничного состояния» на Псоу в данный момент.

Так о чем же шла речь вчера на «ознакомительной» встрече, как она была анонсирована в телефонном приглашении журналистам, членов ОП и недавно приступившего к работе посла России в Абхазии Алексея Двинянина? Понятно, что вопросы в ходе ее поднимались разнообразные, но так получилось, что едва ли не самой активно обсуждаемой стала тема перехода российско-абхазской границы. При этом речь зашла не о набившей оскомину проблеме огромных очередей к окошкам российских пограничников (я уже не раз отмечал на «Эхе Кавказа», что в последние год-два число этих окошек возросло почти вдвое и все они работают, так что тут сделано, наверное, максимум возможного), а о об отношении российских пограничников к гражданам Абхазии.

Заместитель секретаря ОП Даниил Убирия сказал:

«Переходя границу, я часто думаю о людях, которые видят не трудность перехода, а отношение служащих на российской границе к нашим гражданам. Да, они выполняют свои обязанности, но как они их выполняют? Я не помню, чтобы кто-то в книге отзывов написал хороший отзыв. А вот жалоб масса. Из таких мелочей складывается впечатление».

Его поддержала член Общественной палаты Манана Гургулия:

«Когда мы затрагиваем эту тему, мы имеем в виду не только упрощение режима пересечения границы. Мы часто сталкиваемся с субъективным отношением со стороны пограничников».

Алексей Двинянин попросил не считать это предвзятым отношением к гражданам республики. Он сказал:

«Меня тоже допрашивают на границе. Вы далеко не первая, кто за два месяца этот вопрос поднимает, начиная с уважаемого мной бывшего министра иностранных дел Абхазии Вячеслава Андреевича Чирикба. Но вы поймите, у пограничников есть анкета, по которой они должны задавать вопросы. Если они не зададут эти вопросы, на них могут открыть уголовное дело. Поэтому у меня к вам большая просьба: не считайте это субъективизмом со стороны пограничников. Это тот алгоритм, который они обязаны отработать».

Мое внимание тоже привлек опубликованный около месяца назад в абхазских СМИ и на сайтах текст «Вячеслав Чирикба: кафкианские страсти на посту Псоу». Вот отрывок из него:

«Пограничница тщательно изучала мой внутренний российский паспорт с московской пропиской, что-то набирала на компьютере, просвечивала документ, перелистывала страницы, с подозрением изучала мою фотографию. Потом строго приказала: «Смотрите на меня!» И снова сравнивала фотографию и мою физиономию. Потом сказала: «Я не уверена, что это вы! Причина вашей поездки в Абхазию?» В моем паспорте ясно написана моя абхазская фамилия и место рождения – Абхазия. Зачем я должен ей объяснять о цели своей поездки на родину? Позвала старшего. Тот пришел и, глядя сквозь меня, стал что-то уточнять. Продержал минут 10, что-то упорно проверял по компьютеру, потом с видимым сожалением вернул паспорт и, не глядя на меня, сказал, что я могу идти. Ни о каких извинениях речи, естественно, не шло – видимо, полагалось, что я должен был быть благодарным за то, что все-таки отпустили».

И все это угрюмо, холодно, без тени человеческих чувств, сетовал Чирикба. И сопоставлял это с тем, как работают на российско-финской границе – умеют же, когда захотят. Хотя, мол, разве Абхазия не более дружественная страна России, чем Финляндия?

Кто-то из интернет-комментаторов тогда поддержал мысль о том, что эту границу в существующем виде надо убрать и сделать ее такой же, как между странами ЕС или между Россией и Белоруссией. Но кто-то возразил: «Пока у нас тут каждый второй дома имеет автоматы, гранатометы и т.д., граница будет на замке!»

Что касается бесед с пограничниками, то, да, и мне приходилось отвечать на казавшиеся мне странными вопросы. Вот где-то пару месяцев назад выезжал на несколько часов в Сочи, и во время возвращения назад на пешеходном переходе российский пограничник спрашивает, глядя в мой российский загранпаспорт: «Раньше в Абхазии бывали?». «Да», – решил отвечать прямо на заданный вопрос, не вдаваясь в подробности. «Цель вашей поездки в Абхазию». «Ну, вообще-то я там живу». Потом начал думать: ну, а чего возмущаться, что ему ничего не говорит фамилия в паспорте, его что, учили разбираться в национальных фамилиях? То, что смотреть надо прямо в глаза пограничнику и сняв головной убор, тоже давно знаю... В общем, к «допросам» этим отношусь скорее с юмором.

Похоже, российских пограничников на Псоу недавно действительно натаскали, как надо бдительно расспрашивать пересекающих границу, но улыбаться при этом и разговаривать приветливо – еще нет. Хотя тут, как говорится, на кого попадешь. Некоторые, помню, даже, прежде всего, здоровались, а потом желали счастливого пути. Но это, конечно, редкость.

Сегодня около половины десятого утра я пересекал границу в сторону России по автомобильному переходу, но все равно простоял в очереди пассажиров с полчаса. Наблюдал при этом на подходе к окошку такую типичную картинку: высунувшаяся из него пограничница долго допрашивала девочку лет пяти, стоявшую с мамой, с которой они похожи как две капли воды: «Как тебя зовут? Как фамилия? А сколько тебе лет? А когда твой день рождения? А как маму по имени-отчеству зовут?» Девочка отвечала без запинки, но ведь не все дети в таком возрасте все это держат в уме. А если бы что-то забыла? Не знаю, может, я не прав, но, слушая этот нескончаемый поток вопросов, вспомнил поговорку: «Заставь дурака Богу молиться...»

Когда мой водитель меня дождался на выходе из погранпукта, то сообщил, что на пешеходном переходе стоят сейчас по часу и больше. Что ж, подумалось, чемпионат мира по футболу на сочинском стадионе уже завершился, ограничения по проезду сняты – вот и пошел турпоток.

Поэтому, возвращаясь в Абхазию и подъехав к погранпосту около двух дня, был готов к самому худшему, но к окошкам стояло всего по пять-шесть человек. Да, все, как и раньше, час пик заканчивается к обеду.

На сей раз никаких вопросов мне на российских погранпостах не задавалось – ни по дороге туда, ни по дороге обратно. Но в маршрутке, уже на абхазской стороне, прислушался, пока она заполнялась, к такому любопытному разговору двух севших сзади российских туристок. Одна из них жаловалась другой, как ее долго «кошмарили» российские пограничники, поскольку усомнились в ее сходстве с фотографией в паспорте. Просили еще какие-нибудь документы с фото, а таких у нее не было. Пропустили только после того, как «погоняли» по всем ее паспортным данным.

Возвращаясь ко вчерашней встрече Совета ОП Абхазии и посла РФ в республике, приведу еще одну цитату из выступления Алексея Двинянина:

«Для меня это нонсенс, когда между дружественными, союзническими государствами, РФ и Абхазией, до сих пор не подписан договор о линии прохождения границы. Мы передали проект договора абхазской стороне еще четыре года назад. Мне непонятно, в чем проблема? Я считаю, такие вопросы должны решаться автоматически. Я бы попросил Общественную палату тоже посодействовать в решении этих вопросов. Вы обращаетесь к нам с какими-то вопросами или проблемами, касающимися пересечения границы, а у нас не подписаны базовые договоры».

Виталий Шария

Эхо Кавказа