Аквафон Апра
Онлайн платежи
Приложение
Домашний интернет за бонусы
Роуминг (супер роуминг)
Конструктор
Безлимитный интернет
Previous Next Play Pause

Соответствующие указы подписал Президент Абхазии Аслан Бжания.

Сухум. 20 мая. Апсныпресс. Указами Президента Республики Абхазия Аслана Бжания назначены:

Гогия Кама Алексеевна - председателем Государственного комитета Республики Абхазия по статистике;

Читанава Савелий Михайлович - председателем Государственного комитета Республики Абхазия по экологии;

Халваш Беслан Викторович - председателем Государственного комитета Республики Абхазия по связи, массовым коммуникациям и цифровому развитию.

 

 

 

В расставленные абхазскими рыбаками сети попалась гигантская краснокнижная белуга, самая крупная из известных неморских рыб на планете. Гордые уловом, они сняли видео, которое стало кочевать по социальным сетям. Заметили его и абхазские экологи. Рыбаков оштрафовали и обещают лишить лицензии.

Рыбаки установили свои сети для ловли камбалы примерно в восьми милях от побережья Нового Афона. Когда они через несколько дней решили поднять улов, то обнаружили в сетях огромную мертвую рыбину со следами разложения.

Оказалось, что это – белуга, размером около 2,5 метров и весом 200 килограмм. Эта рыба – самая крупная в фауне Черного моря.

По версии рыбаков, она протаранила сеть и зацепилась за нее жабрами, скорее всего, рыба долго билась и мучилась в сетях, прежде чем погибнуть.

Хвостовой плавник исследовали в Институте экологии, из-за плохой сохранности там не смогли определить возраст рыбы. Икры в ней не было, но по толщине жирового слоя специалисты предположили, что рыба мечет икру поздно, в конце лета, в августе.

Абхазские экологи узнали об инциденте благодаря соцсетям, об этом рассказал председатель Госкомитета по экологии Савелий Читанава: «По социальной сети мне прислали такую публикацию, где ловится белуга. Я тут же позвонил своим коллегам, разослал им это видео, один из них сказал, что, да, этого парня мы знаем, он – наш лицензиат, получает у нас лицензию, выкупает определенные квоты и производит добычу водных биоресурсов. Вчера мы им позвонили и пригласили их сюда, поскольку их знали. Они ссылаются на то, что ими были выставлены камбальные сети. С 1 по 15 мая у нас по ведомству издан приказ, он обязателен для всех рыбаков, ввиду того, что этот период является нерестовым для камбалы, лов камбалы запрещается».

Савелий Читанава сообщил, какой штраф наложили экологи на рыбаков, которых они считают браконьерами: «Рыбаки пошли добывать свою сеть в период, когда лов камбалы запрещается в связи с нерестовым периодом с 1 по 15 мая. Это браконьеры, к сожалению, к ним в камбальную сеть попала белуга. Наши инспектора их пригласили сюда на беседу, им было доказано, что они осуществляли браконьерский лов. По таксе был высчитан размер ущерба. Он составил для белуги 18 тысяч рублей, помимо этого их оштрафовали по статье 86 КоАП, максимальный штраф составляет 1800 рублей и плюс еще за камбалу (7 камбал) по таксе. Она исчисляется по 900 рублей за штуку (большая или маленькая, не имеет значения). В итоге мы наложили на них штраф около 27 тысяч рублей. Но эти таксы и эти штрафы, естественно, не соответствует содеянному».

По мнению Савелия Читанава, все штрафы за нанесение ущерба экологии надо пересматривать в сторону увеличения, чтобы людям неповадно было нарушать закон.

В то же время возникает вопрос, насколько хорошо рыбаки информированы о запретах?

Савелий Читанава уверяет, что все рыбаки, которые не первый год ловят рыбу, прекрасно обо всех правилах осведомлены. При выдаче лицензии их информируют о браконьерских способах ловли, запрещенных орудиях лова и запрещенных к вылову видах рыбы. Но у экологов нет возможности контролировать соблюдение правил лова рыбы всеми рыболовецкими бригадами. О запрете на вылов камбалы экологи информировали рыбаков в этом году в конце апреля по каналу Абхазского телевидения и радио.

Экологи планируют рассмотреть возможность отзыва лицензии у браконьеров, попавшихся на ловле камбалы во время нереста, в сетях которых погибла белуга.

Елена Заводская

Эхо Кавказа

 

Занесенная в Красную книгу рыба провела в сетях около трех дней и была уже мертва, когда ее вытащили из воды рыбаки.

СУХУМ, 12 мая – Sputnik, Бадри Есиава. Рыбаков, поймавших белугу у берегов Абхазии, оштрафовали на 27 тысяч рублей, рассказал Sputnik начальник Госуправления республики по экологии Савелий Читанава.

Нарушителей могут лишить лицензии на право добычи водных биоресурсов.

"По закону, на одну белугу исчисляется штраф в размере 18 тысяч рублей. Помимо этого в рыболовецкой сети было семь камбал, штраф за которых составляет 900 рублей. В итоге общий размер штрафа составил около 27 тысяч рублей. Конечно, это несоизмеримо с содеянным, но наше законодательство не позволяет применить другие статьи и поэтому мы ограничились административным штрафом. Также завтра мы будем рассматривать вопрос о лишении их лицензии на право добычи водных биоресурсов", - сказал Читанава и добавил, что сами рыбаки отреагировали на это решение спокойно.

Читанава отметил, что местные рыбаки расставили в море сети для камбал, куда попал не только этот вид рыбы, но и белуга. Занесенная в Красную книгу рыба, по его словам, провела в сетях около трех дней и уже была непригодна к употреблению, когда ее вытащили из воды.

Хвостовую часть белуги отправили в Институт экологии, чтобы установить возраст рыбы, но сделать это не удалось из-за повреждений тканей.

Рыба была около двух с половиной метров в длину и весила немного больше 200 килограммов. Икры в ней не было.

"За мою практику впервые в сеть для камбалы попалась такая белуга, которая является самой крупной рыбой в акватории. Она может достигать до пяти метров в длину и до полутора тонн веса", - отметил Читанава.

Вечером 11 мая в социальных сетях появилось видео, где рыбаки в своей лодке подвешивают на веревке белугу и пытаются определить ее размеры и вес. Большинство пользователей социальных сетей не разделили радость рыбаков и раскритиковали их. Некоторые просили отпустить улов.

Белуга - рыба семейства осетровых. Белуга входит в Красную книгу Международного союза охраны природы. Обитает она в Каспийском, Азовском и Черном морях, откуда она заходит в реки для икрометания. Ее можно считать самой крупной пресноводной рыбой, так как масса наиболее крупных пойманных экземпляров этого вида достигала полутора тонн.

 

 

Заместитель председателя госуправления по экологии и охране природы Тимур Дзыба опровергает утверждения Альберта Бондаренко. По его словам, управление постоянно проводит инспекционные проверки судов и заводов и, в соответствии с законом, определяет административное наказание в случае выявления нарушений.

Дзыба подтверждает, что есть нарушения в ходе вылова рыбы, но «никакой экологической катастрофы нет».

«Ежегодно в конце осени – вначале зимы у нас начинается хамсовая путина. В наши воды заходит черноморская и азовская хамса для того, чтобы перезимовать в наших более теплых водах. В этот период рыба не размножается, у них процесс размножения, икрометания происходит весной – осенью. На период путины наши официально зарегистрированные рыболовецкие предприятия, которые занимаются промыслом и переработкой рыбы, заключают соглашение с Минсельхозом республики на промышленную добычу рыбы, после чего обращаются в экологическую службу и получают у нас лицензию на рыбный промысел. В этой лицензии – официальном государственном документе – указывается количество судов, вид и количество разрешенной к добыче рыбы, в частности, хамсы. Говорить о том, что идет бесконтрольный промысел, и турки пришли и все вычерпали – это неправильно. Турки не пришли, их суда по договору нанимают наши рыболовецкие предприятия, таких [предприятий] на сегодняшний день работает семь. Так как у нас нет своего рыболовецкого флота, мы вынуждены нанимать иностранные суда с экипажем», – рассказал зампредседателя управления по экологии и охране природы.

На 15 января 2020 года в территориальных водах Абхазии работают 45 иностранных судов, привлеченных по договору для промысла хамсы. Из них 18 судов – это ловцы, то есть суда, осуществляющие промысел рыбы, и 28 – это транспортные суда. Официальная квота, рекомендованная к промыслу, составляет – 35 тысяч тонн, общее количество зашедшей в воды Абхазии хамсы составило в этом году 120 тысяч тонн.

«Перед тем, как начинается хамсовая путина приказом начальника нашей службы создается штаб рыбной путины, куда входят инспектора-экологи, этот штаб круглосуточный. Сотрудники, в количестве 5 человек, которые привлечены к контролю за промыслом рыбы, занимаются только этим контролем. Ежедневно мы обзваниваем представителей заводов по приему и переработке рыбы, которые у нас в районах, капитанов судов, которые занимаются промыслом рыбы, на предмет, сколько рыбы принято на заводе, сколько переработали, где и в каком количестве находятся корабли на промысле. После того, как мы получим эту информацию, связываемся с погранслужбой России, которая находится в Абхазии. Если есть такая необходимость, чтобы проверить ту информацию, которую мы получаем, мы просим их уточнить – есть эти корабли там или нет, потому что им позволяют технические средства», – пояснил Дзыба.

Он также отметил, что погранслужба России ведет самостоятельный контроль за ходом промысла. В случае выявления нарушений, к кораблю выходит пограничное судно, на борт поднимаются пограничники РФ, проверяют судно на наличие разрешительных документов, на наличие рыбы на борту и подтверждают факт нарушения на месте. Затем составляют протокол о нарушении и передают эти документы абхазским экологам:

«Если информация действительна, а она в большинстве своем действительна, исходя из этих документов, мы имеем право выносить постановления о штрафных санкциях. Мы можем применить предупредительные меры, штрафные санкции и арест – отстранение судна от промысла до 3 суток. Штраф составляет 3 тысячи рублей. Если подтверждается информация о том, что в запретном районе с нарушениями была выловлена рыба, то помимо штрафа, мы еще выносим иск за нанесенный ущерб, исходя из количества выловленной рыбы».

Самые частые нарушения – это пересечение 500 метровой зоны и нарушение мест промысла –приустьевые зоны крупных рек.

«Нарушения есть, и мы на них реагируем, реагирует экологическая служба, отдельно погранслужба РФ, вместе мы осуществляем этот контроль. Насколько это действенно – это вопрос другой», – сказал Дзыба.

Зампредседателя согласился, что меры наказания за нарушение не жесткие, но экологическая служба не устанавливала таких правил, они предусмотрены законодательством республики.

«Говорят, что в ходе промысла хамсы вылавливается массово крупная, ценная, редкая рыба, обитающая на дне. В советское время, когда контроль был лучше и жестче, допускалось до 15% прилова к основному виду других видов рыб. Но это идет как прилов, не говорится о том, что выловленная рыба была выловлена целенаправленно. Разговоры о тоннах – ложная информация, которая будоражит население», – заверил эколог.

Он добавил, что каждое судно, которое заходит в территориальные воды Абхазии, до того, как выйти на промысел проходит проверку, которую в порту Сухума осуществляют представители погранслужбы Абхазии, таможенники, портовые представители, инспектора-экологи, ветеринарные врачи, представители погранслужбы России:

«Все эти люди принимают судно, каждый по своему направлению. Инспектора-экологи проверяют наличие сетей на борту, вид сетей, проверяют трюмы, палубы, моторный отсек, агрегат для приема рыбы, решетку, через которую рыба отделяется от воды. Более мелкая сетка – сортировочная, мы контролируем, чтобы таких решеток не было, если они есть на судне, мы их опломбируем, чтобы ими не пользовались, и составляем об этом акт. Разговоры о том, что суда завозят запрещенные орудия лова, донные тралы и ловят рыбу ими – ложь. Я готов с любым человеком выехать на корабль и проверить орудия лова».

По словам Дзыба, он лично предлагал обеспокоенным представителям общественности подняться вместе с экологами на любое рыболовецкое судно, но они отказались.

Эколог отметил, что рыбный промысел – один из бюджетообразующих сегментов, приносящий в казну немалые средства.

Зампредседателя госуправления по экологии и охране природы заверил, что говорить об угрозе черноморской или азовской хамсе, исходя из промысла рыбы в абхазских водах, не приходится и напомнил, что в советское время в акваторию заходило намного больше судов, – до 40 – осуществляющих вылов рыбы:

«Давайте посмотрим количество, которое вылавливается сегодня во всех черноморских странах – нигде ажиотажа, что уничтожили хамсу, нет. С какой целью в Абхазии мы создаем такой ажиотаж? И кому это выгодно?».

По данным управления по экологии, на 15 января семью фирмами выловлено 25,56 тысяч тонн рыбы. Вся хамса перерабатывается на заводах в республике и никуда не вывозится, заверил Дзыба.

«Если в предыдущие годы были даны разрешения фирмам на вывоз, все корабли, которые приходят и уходят, досматриваются комплексной комиссией, о чем я уже рассказывал. На сегодняшний день есть информация, что Россией выявлен ряд нарушений и по тому, как будут составлены официальные документы и переданы нам, мы сможем их уже обозначить», – заключил эколог.

Ольга Джонуа

Нужная газета

 

В Абхазии в самом разгаре путина, которая, как обычно, сопровождается многочисленными нарушениями. Рыбу ловят хищническими способами, в неположенных местах, не обращая внимания на нормы вылова. Незаконный и бесконтрольный лов безвозвратно разрушает экологию абхазской акватории и наносит невосполнимый вред популяциям разных видов рыб. О ситуации рассказывает председатель Федерации рыболовно-охотничьего спорта Республики Абхазия Альберт Бондаренко.

Елена Заводская: Альберт, в последние дни я вижу ваши возмущенные посты в «Фейсбуке» о нарушениях при вылове рыбы. Расскажите, пожалуйста, что у нас происходит и что именно вызывает у вас такую озабоченность?

Альберт Бондаренко: Хотелось бы обратить внимание на те квоты, которые государство выдает заводам и кораблям для вылова рыбы. Каждый год собирается сессия, на которой присутствуют представители экологических служб России, Абхазии, Минсельхоза. Они занимаются выдачей квот и разработкой тех мер, которые могут препятствовать незаконным видам лова. В первую очередь это касается квот. Азово-Черноморский НИИ вместе с московским НИИ каждый год рекомендуют определенное количество к вылову, так как каждый год на территории черноморского побережья находится определенное стадо хамсы.

В прошлом году было рекомендовано 20 с небольшим тысяч тонн, но наше правительство разрешило сначала выловить 27 тысяч тонн, так как предоставлялась информация, что на нашем побережье находится стадо размером около 120 тысяч тонн. Это соответствует международным законам, которые говорят, что нельзя вылавливать больше 25% из общего стада, чтобы его не травмировать, чтобы оно в будущем не уменьшалось, а пополнялось или хотя бы оставалось на таком же уровне.

В итоге, в течение хамсовой путины – 4-5 месяцев – наше правительство увеличивало квоту с 20-ти с лишним до 70 тысяч тонн. Т.е. наше правительство решило выловить 2/3 стада, которое существует. Мы тем самым уничтожаем наши биологические ресурсы. Я уже не говорю о том, что вылавливается не только хамса. Хамса – это та рыба, под которой стоит вся хищная рыба, которая питается ею. Я не говорю о краснокнижных видах рыбы – это тот же самый черноморский лосось – кунджа, который также вылавливается кораблями. В прилове он всегда есть, и никто никогда его за борт не выбросит.

Е. З.: Такая ситуация, как вы сказали, была с квотами в прошлую путину. А что у нас с квотами в нынешнем году?

А. Б.: В этом году разрешили около 30 тысяч тонн, хотя Азово-Черноморский НИИ сказал, что стадо объемом 110 тысяч тонн максимально пришло со стороны Грузии, Турции и со стороны России. Есть неподтвержденные данные, что автоматически эта квота будет увеличена в январе или феврале, потому что эти квоты, выданные осенью, уже практически все выбраны. По словам того же Савелия Читанава (главный эколог Абхазии), других министров, а также Романа Дбар (директор НИИ экологии), за все эти годы ни один эколог не присутствовал ни при погрузке, ни при выгрузке рыбы – ни на заводах, ни на кораблях. Никто не контролирует количество выловленной рыбы, которая отгружается на эти заводы, поэтому мы не можем сказать, было выловлено 20 или 70 тысяч тонн. Возможно, было выловлено и 100-120 тысяч тонн. Это все неподконтрольно.

Е. З.: А как у нас производится лов рыбы рыболовецкими сейнерами? Одни говорят, что они разрушают экологию дна, что приводит к исчезновению рыбы, потому что ей нечем кормиться; другие говорят о том, что лов рыбы производится безопасно, кошельковыми неводами, и никакого ущерба дну они не причиняют. Если можно, поясните этот вопрос.

А. Б.: Нам все говорят, что они ловят кошельковыми неводами. Да, тралы запрещены, тралов у них нет. Трал сгребает со дна все, что можно, уничтожая его микрофлору. Но кошельковый невод бывает и 100, и 150, и 200 метров в высоту. В тех местах, где ловят эти корабли, глубины не более ста метров. В основном у нас хамса приходит в гудаутскую, пицундскую и гагрскую бухты. Соответственно, когда этот кошельковый невод опускается, он опускается до дна и сгребает все дно, забирая всю рыбу, которая находится у дна, и вся микрофлора дна уничтожается. Поэтому мы видим каждый год уничтожение наших водных биологических ресурсов: рыбы становится все меньше, видовой состав становится меньше и размер рыбы, соответственно, намного меньше. Почему все рыбаки и рыболовы жалуются? Поверьте, кому как ни нам в федерации знать, когда нам звонят из всех городов и жалуются: Что с рыбой? Что происходит?

Е. З.: Ясно. А что говорят наши законы: где и как могут ловить рыбу корабли?

А. Б.: У нас закрыта 500-метровая зона от берега, т.е. корабли не могут подходить ближе 500 метров и вылавливать рыбу. Но у нас десятки, если уже не сотни за эти три-четыре года нарушений, которые зафиксированы на фото- и видеоаппартуру с использованием лазерного дальномера. Мы показывали и доказывали, что такие нарушения есть. Корабли выплачивают за нарушения три-четыре тысячи рублей штрафа, но это – капля в море. По словам директора завода и одного из капитанов, с которыми мы разговаривали, они не опускают невод, пока на своих сонарах и эхолотах не увидят, что могут поднять не менее десяти тонн рыбы. В разных водах, в разных городах, в разных акваториях у нас глубина разная. Так, в гудаутской акватории в 3-4 км от берега глубины вообще 16-20 метров! В гагрской бухте то же самое, есть места, где глубины 50-60, максимум 70 метров! Поэтому, чтобы они не говорили, они все равно сгребают все с нашего дна и уничтожают всю его микрофлору.

То же самое касается устьев рек, куда они проходят и где они ловят. Есть закон: в шестикилометровой зоне вправо, влево и вглубь от берега и от устья реки ловить нельзя, но они все равно там ловят. И это остается безнаказанным, потому что у нашей Федерации нет такого количества людей и аппаратуры, чтобы успевать фиксировать правонарушения во всех частях нашей необъятной родины.

Есть еще один момент, которого я бы хотел коснуться. У нас еще в советские времена были заповедные зимовальные ямы, где промышленный вылов рыбы был запрещен вообще. Это – Очамчырский район, пицундская и гагрская бухты, куда приходит хамса и другие виды рыбы на зимовку. Они там жируют, откладывают икру и расходятся. Эти зимовальные ямы до сих пор открыты. Но их ни в коем случае нельзя оставлять открытыми для промышленного лова, потому что этим мы уничтожаем всю нашу рыбу!

Е.З.: Альберт, а что со всем этим делать? Как эту ситуацию привести в порядок?

А.Б.: Как с этим бороться? Не знаю. На правительственном уровне или путем изменения законов и подзаконных актов мы пробовали это делать, но это – непробиваемая стена! У нас до сих пор нет закона о рыболовстве, и действует закон о рыболовстве 1960-х годов, в котором прописан штраф за браконьерство – 50 рублей! Новый закон два-три года тому назад по просьбе Романа Дбар в России создали, но наше государство не может заплатить несколько сот тысяч рублей, чтобы нам этот закон выдали, и мы могли его принять. Я общался со многими депутатами, которые готовы его принять, чтобы у нас все было в правовых рамках. А как это еще изменить, не могу вам сказать.

Я уже не говорю о том, что два года назад у нас было три рыбных завода, сейчас у нас их семь. Когда мы были на приеме у премьер-министра пару лет назад, там собрались депутаты, министры, представители заводов, представители общественных организаций. Нас тогда официально заверили, что больше трех заводов не будет, ведь для того, чтобы один завод был рентабельным, ему нужно переработать за хамсовую путину не менее семи тысяч тонн рыбы. Когда у нас семь заводов, им нужно выдать квоту не меньше 49 тысяч тонн. И я не понимаю, где тут логика, если нам рекомендуют квоту не более 27-30 тысяч тонн? Значит, они будут воровать и вылавливать больше. А когда изначально эти квоты выдаются, чтобы общественность и народ не вышли на митинг, их определяют в 27-30 тысяч тонн. Это делается для того, чтобы через месяц увеличить квоту, потом ее еще увеличить, как это делалось в прошлом году: с 27 тысяч тонн подняли до 70-ти.

Эхо Кавказа

 

Страница 1 из 8